Набережная, людей вокруг почти нет, одни машины мимо проезжают, но им - без разницы.

- Как разберемся, если каждый раз, когда у нас об этом разговор заходит, ты отказываешься обсуждать? И уходишь от проблемы, раздавая обещания, которые, оказывается, не собираешься выполнять, или просто “закрывая” тему?

- Я собираюсь выполнить! - рявкнул Виталий в полный голос. - Я не могу тебе сказать точные сроки. И прошу понимания в этом! Что сложного, Таня?! Потерпи!

- Год, два? Десять? Сколько? - хмыкнула она с иронией.

- Столько, сколько надо будет, - с тем же гневом в ответ, бросил Виталий. - Ты - моя жена, все-таки!

- Это я помню! - крикнула Таня. - Об этом ты не забываешь говорить постоянно! На это давишь, а от ответов уходишь!

И тут Таня остановилась. Замерла посреди крика, не дав и ему ответить с гневом. Подняла руки, словно призывая его притормозить. Глубоко вдохнула. Выдохнула.

- Таня… - начал он, но Таня покачала головой, все еще держа ладони перед собой.

Словно отгораживалась от него. Отступила. Виталий позволил.

- Подожди. Я не хочу кричать, - она очень старалась успокоиться. - Я услышала тебя Виталий. И поняла то, что ты предлагаешь. Выбор, который мне даешь. Ты не можешь ничего изменить, или не очень хочешь, не суть важно в этот момент. Ты даже говорить со мной об этом не желаешь, не считая необходимым. Хорошо. - Положила руку ему на грудь, вновь не позволяя себя прервать.

- Да, твою ж налево, Таня…

- Нет, Виталь. Я все поняла, правда. Ты говорил, когда-то, что это мои тараканы и проблемы. Ок, и мне их самой, похоже, решать придется. Никак без этого. Терпеть я сейчас не могу. Я не понимаю, зачем и для чего, и даст ли что-то это терпение? Или, наоборот, просто сделает для тебя мои просьбы и принципы еще более несущественными? - она растерла лицо. - Но… Значит, что? Остается уйти, так? Ты так мне предложил?

Она почувствовала, что слезы наворачиваются на глаза . Дурацкие гормоны! Так хотелось снизить градус и спокойно все решить. А никак у них это не выходит. Все время орут друг на друга, стоит этого вопроса коснуться.

- Я не могу сейчас ничего тебе сказать или пообещать, Виталь. Не могу понять, что делать с этим и как решить вопрос, понимаешь? Для меня - это важно, это краеугольное. А для тебя - мелочь. И такие мои проблемы - тебя не касаются, так ты говорил? Мне нужен перерыв. Я хочу понять, разобраться, хоть как-то…

- Я не дам тебе развод! И не надейся! Ты - моя! - он снова заорал.

Она его обидела. НЕ хотела. Но и не представляла, как иначе это сказать.

- Да я и не хочу развода! - крикнула Таня в ответ. Обхватила себя руками. Посмотрела на него с болью. - Я люблю тебя больше, чем когда-либо кого-то любила. Но я тоже человек, Виталь. у меня есть какие-то свои представления о мире, свои принципы, своя оценка ситуаций. Я не могу просто раствориться в тебе и стать никем, из-за страха тебя обидеть. Да и ты… Разве ты такую меня встретил и полюбил? Безвольную личность, не способную сформулировать свое отношение к жизни? Я же говорила, с самого начала предупреждала, со мной трудно, Виталь. Я не могу голову выключить по просьбе, или совесть ампутировать. Мне без тебя будет очень трудно. Невыносимо. Я знаю уже. Но это твой вариант. Ты предложил - я выбрала.

Она отступила от него еще на шаг, не вслушиваясь в мат, который Казак бормотал сквозь зубы. Отошла назад, отвернулась, ощущая физическую боль от того, что в его глазах видела. Но не врала ему: не могла просто взять и все в себе сломать, тем более то, что определяло характер и личность. Несмотря на всю любовь к нему. НЕ уходила от него. Не пыталась брак разорвать, и не думала. Просто нуждалась в тишине и перерыве, чтобы разобраться…

Он подскочил сзади и ухватил ее за плечи. Снова на себя дернул.

- Таня, я психанул просто. Забудь ты то, что сказал.