Он вытащил сигарету из пачки губами, не прерывая их контакт взглядов. И щелкнул зажигалкой, прикуривая. Затянулся, пряча зажигалку в карман.

- Тогда, тот, - махнула рукой Таня, честно говоря, наугад. Да и тут все столики - хороши были. - Курить вредно. Тем более столько. - Она сморщила нос (хотя немного лукавила, от этого дыма не воротило).

Он заметил и намек понял.

- А мне нравится, Таня, - хмыкнул Виталий.

И больше ничего не добавив, повел ее к выбранному столу, снова обняв за талию.

Она тоже не настаивала. Взрослый человек - имеет право на свои привычки, пусть и вредные.- Так что, Зажигалочка, давай, расспрашивай, знакомься. Хотела же поближе узнать, - кивнул ей Виталий, когда они устроились на удобных диванах и принялись меню изучать. - Мне кофе, черный, девушке - Беллини, - добавил он официанту, пока Таня только начала листать папку.

Официант кивнул и испарился. А Виталий воззрился на нее с улыбкой и ожиданием в глазах.

- Беллини? - уточнила Таня. - Это что?

- Коктейль с просекко и персиком, - охотно пояснил он.

- Споить меня хочешь? - против воли, улыбалась все чаще и без всякого вина.

- Расслабить после тяжелого дня, ты ж смену переработала, - “невинно” пожал плечами Виталий. - А я обещал тебе комфорт.

- Или себе? - Таня рассмеялась в голос.

Давно она столько не смеялась, если честно. Не то, чтобы грустила по жизни или депрессией страдала. Но вот как-то повода веселиться не особо имела. А с Виталием - просто фейерверк. И не только в плане страсти, похоже.

Он тоже улыбнулся. Причем, так широко и искренне, что просто глаз не отвести. И сам в глаза смотрит, прямо. Не просто приятно смотреть. Эстетическое удовольствие, прямо-таки. От всего: от места, от вида, от этого мужчины напротив. Зачем вино? Уже голова кругом!

- Сядь рядом, - вдруг предлагает он. И эти чертовы крапинки в его глазах - завораживают.

Но Таня только качает головой.

- Нет. Так я просто контроль потеряю. А мы вроде бы решили узнавать друг друга.

- Я уже точно знаю, что мне тебя нравится касаться, - подмигивает Виталий. - И целовать.

Улыбка становится шире. У нее. Нет смысла манерничать и скрывать то, что и так понятно: ей это тоже очень понравилось.

Кивнула официанту, поставившему напитки. И, не особо подумав, отпивает большой глоток, испытывая жажду еще после их поцелуя в машине. Вкусно. И пузырьки. И свежо.

И в голову бьет. Быстро и сильно. И деликатно. Комфортно, точно. Мир становится легче. И все как-то меняет ракурс.

Но Тане уже и самой захотелось расслабиться. Очень трудно все время быть собой - разумной, умной, сдержанной, корректной дочерью, хорошим и сильным главврачом, поддержкой для пациентов, “ни хорошим и ни плохим” другом, лишь бы не отягощать себя еще какой-то близостью.

- Ты маньяк? - откинувшись на диван, спрашивает она у Виталия, наблюдающего за ней с довольной улыбкой.

Несколько секунд он смотрит удивленно, а потом откидывает голову и смеется так же искренне и открыто, как она сама пару минут назад.

- Нет, Таня. Ты со мной в безопасности, гарантирую, - отсмеявшись, он тянется за сигаретой, которую положил в пепельницу, пока листал меню. Она почти истлела.

- Ага, - она кивнула с сарказмом. - Ты меня в фарш перемелешь. С костями пережуешь. Я же вижу, что не так ты прост, Виталий Сергеевич, - вспоминает отчество, которое администратор назвал.

Его улыбка становится шире.

Откладывает меню и любуется видом реки. Хорошо. Очень. И ветер такой приятный.

Боже! Она вспомнить не могла, когда испытывала столько приятных эмоций!

Но все же, зря пьет. Реальность воспринимается иначе.

Берет бокал и делает еще глоток.

Устала.

- Не прибедняйся, Зажигалочка, уверен, что ты вполне в состоянии выбить мне пару зубов, - он криво улыбается и снова смотрит на нее тем странным и жадным взглядом.