Все это, конечно, было в порядке вещей в ее работе, особенно в выходные дни. Клер всегда оказывалась на высоте в самые трудные моменты, но такие, как Маковский, заставляли ее сердце сжиматься. Она могла залатать его раны, но не могла ему помочь.

 Кудрявая голова блондинки в шапочке медсестры выглянула из-за двери. На пять дюймов выше Клер, Джэнис напоминала чем-то стареющего массовика-затейника с вечной жвачкой во рту. Но внешность часто обманывает, и обе женщины хорошо знали, как прекрасно они, медсестра и врач, работают вместе.

 - Он ушел?

 - Да, ушел, - подтвердила Клер. Джэнис вошла, быстро сняла помятую бумажную простыню со смотрового стола и покрыла его новой.

 - Не представляю, как ты справляешься с этим парнем. Он меня напутал до смерти. Для него проще убить тебя, чем посмотреть на тебя. Ты не заметила этого?

 - Единственно, кому он вредит, так это себе, - решительно отреагировала Клер. - Ты разве не понимаешь?

 Джэнис покачала головой с явным скептицизмом:

 - Что касается меня, мне все равно, как он себя ведет. Но как ты можешь оставаться невозмутимой с такими пациентами?

 - Что значит "оставаться невозмутимой"? Джэнис саркастически посмотрела на нее:

 - Да ничего. Ты не поймешь. Ты единственная среди работающих на нашем этаже, кому безразлично, что уже почти полночь, и я сомневаюсь, что ты хоть как-то отреагируешь, если объявят третью мировую войну. Ну да ладно, ты хоть заметила, что у него был нож?

 - Разве я не говорила тебе, что занималась дзюдо?

 - Никаким дзюдо ты не занималась.

 - И правда, - уныло согласилась Клер и ухмыльнулась, когда Джэнис подавила смешок. - Ну кто там следующий, или доктор Бартон принял его?

 - Доктор Бартон уже закончил работу, и его кабинет в твоем распоряжении. Больше я ничего не скажу, но я бы с удовольствием сама занялась следующим пациентом, если ты хочешь сделать перерыв.

 - Я не устала.

 - А жаль, - с печалью в голосе сказала Джэнис.

 - Как я догадываюсь, он холост и еще не потерял все зубы.

 - Он такой, что все равно, холост он или нет, - пылко выпалила Джэнис. Клер рассмеялась и направилась к холлу.

 - Но у меня есть хоть минута?

 - У него порез на правой руке. И я с удовольствием подержала бы его левую руку, пока ты...

 - Я направлю его к тебе для заполнения бумажек, - пообещала Клер и вышла.

 За перевязочной находилась небольшая комната отдыха для персонала, туда и заглянула Клер, чтобы переодеть халат. Помыв руки, она взглянула в маленькое чистое зеркало над раковиной. На нее смотрели темно-серые глаза, в которых светился ум и обостренная чувствительность. Мягкая волна черных волос обрамляла овальное лицо с тонкими, почти нежными чертами. Она выглядела скорее эффектной, чем красивой, но это не слишком волновало Клер. Ее больше беспокоило то, что халат несколько мешковато сидел на ее худой, узкокостной фигуре. Когда ей удавалось подобрать в прачечной униформу по фигуре, это было просто чудо.

 Она кисло улыбнулась, вытирая руки. Может быть, она успеет немного подрасти до следующей недели, к своему тридцать четвертому дню рождения. Никогда не стоит терять надежду. Не то чтобы ее рост в пять футов с небольшим вызывал неуважение, ей просто надоело чувствовать себя Дюймовочкой среди сотрудников, ведь ей часто напоминали об этом.

 Быстро вернувшись в холл, она замедлила шаг у закрытой двери кабинета номер семь, бросила взгляд на имя пациента в подготовленной Джэнис карте и открыла дверь.

 Она сразу же перестала ощущать себя женщиной. Она была только врачом, когда перед ней появлялся пациент.