— Ах, как дешево ты ценишь хакера уровня «Ангел», — усмехнулась чертовка. — Четыре клинка, что лежат завернутые в накидку у того дерева, — она безошибочно указала на место, где я оставил клинки.

Данил, сглотнул и перевел взгляд на сверток.

— Три клинка из этой кучки, и ты помогаешь мне с захватом базы.

Лена запрокинула голову и рассмеялась.

— Послушай меня, сопляк, — вдруг зло произнесла она. — Я решила поторговаться с тобой просто ради веселья. На самом деле все просто. Ты выполняешь все, что я скажу, иначе… иначе, все здесь, включая тебя, просто сдохнут.

Я серьезно отнесся к ее словам. Догадывался, что она собирается устроить и чем нам угрожает. И ее угрозы не были пустым звуком.

— И еще кое-что, — продолжила Лена.

Она протянула руку вперед и над запястьем развернулся голографический экран.

На нем отчетливо было видно абсолютно пустое помещение с высокими потолками. Чрез поперечную балку под самым верхом была перекинула самая обычная грубая веревка и петлей затянута на шее, находящейся в темпоральном коконе Тани.

Стоило кокону исчезнуть, и петля сдавит тонкую шею девушки. Как только истечет время заморозки, Таня задохнется, не имея возможности выбраться из петли самостоятельно.

Похоже, мой противник не так-то прост.

Глава 15

Данил стоял и смотрел на неуместный сейчас спор. Как может хакер клана и новоиспеченный десятник спорить о том, кто там отключил камеры? Что вообще за ерунда происходит?

Он никак не мог понять, о чем идет речь. О каком соул-клинке, который был где-то забран? О чем вообще можно спорить, когда командование поголовно уничтожено? Никого не осталось! Два десятника и хакер! Может еще, кто из мелких офицеров, что были в городе. Но ни одного сотника — это точно! Они все были в том командном центре, что разнесло в клочья подкалиберным, выпущенным с имперского дрона.

Данил крутил головой, стараясь понять, как ему быть дальше. Фактически он не член клана. Сегодня утром отец внес отступной, и Данил может без зазрения совести покинуть это место, но… Нет! Без зазрения совести не получится. Он с этими ребятами через многое прошел. И сейчас не может оставить их на произвол судьбы. Мало что от него зависит, но он постарается. Сделает всё, что в его силах.

Данил вдруг вспомнил, почему отказался от требования отца покинуть клан. Виной всему эти ужасные видения.

Вокруг царит разрушение и хаос. Огрызки бетонных плит торчат прямо из земли, из проломленного чудовищной силой асфальта. Тела разбросаны повсюду. Не живые — мертвые. Многие разорваны на части. Земляные валы замерли, словно кто-то в один момент заморозил волну. И воронки. Повсюду воронки. Во многих пузырится и булькает грязь. Порвало коммуникации, и водопровод изрыгает струи воды прямо на бывшую центральную площадь базы.

Большинство зданий разрушено до основания. Данил не может понять, кто мог такое сотворить. Он словно дух парит в паре метров над землей. Так всегда бывает в видениях. Он не там, его там нет. Это лишь картинка. Но такая живая, объемная. Данилу кажется, что он ощущает запахи. Пахнет чем-то тяжелым. Горелым железом? А может, это лишь мираж. Звуков нет.

На развалины ближайшего здания поднимается человек в разодранном черном плаще. Лохмотья развеваются за спиной, словно шлейфы. Незнакомец грузно ступает по рассыпающимся под его ногами бетонным блокам. Взбирается все выше и выше. Данил видит, как он останавливается на самой вершине обломков, осматривается. К его ногам подбегает черный пес — дух клана. Собака садится, прижимается боком к ноге незнакомца. Затем вскидывает морду вверх и начинает выть. Беззвучно, но от этого воя кровь стынет в жилах.

Данил пытается приблизиться, но видение не меняется, остается, живет по своим правилам.