В результате со временем Терри вообще перестала ходить с мужем на вечеринки, но Джон не слишком убивался по этому поводу. Он весьма недвусмысленно дал ей понять, что в чем, в чем, а в спутницах у него недостатка нет и не будет.

Хватит! Сейчас ты не жена, а свободная женщина! — одернула себя Терри. И тут же спохватилась: все-таки заходить слишком далеко не стоит.

Словно по обоюдному согласию, они с Кейном говорили на самые отвлеченные темы — о политике, религии, искусстве... Терри даже не спросила, чем занимается Кейн сейчас и чем занимался двадцать с лишним лет со дня окончания школы. Кейн тоже не лез в личную жизнь Терри: не спросил ни о кольце на безымянном пальце, ни о мозолях на маленьких изящных руках, ни о привкусе грусти, который ощущался в ее внезапных и чуточку натянутых улыбках. И, хотя они старательно избегали бестактных вопросов, к концу вечера оба чувствовали, что узнали многое друг о друге.

Кейн понял, что ему нравятся ее простодушный юмор и чувство независимости. Как правило, независимые женщины казались ему резковатыми, но Терри Картер была сама мягкость, и эта ее податливость и уязвимость затронули в его душе какую-то чувствительную струну. Он ощущал, что его влечет к ней, хотя пока она не давала ему никаких авансов. Ну что ж, это вовсе не портит ему удовольствия. Приятный вечер в приятном обществе. А что будет дальше, посмотрим.

Терри наконец расслабилась. Сегодня она так устала! Дома накопилось полным-полно дел: прочистить водосточный желоб, починить провалившиеся ступеньки... Она подавила зевок. Оба отказались от десерта и пили уже по третьей чашке кофе, когда Кейн как бы между прочим заметил:

— А оркестр на вечере встречи был не так уж плох. Насколько я понимаю, они играют каждый уик-энд, так что если вам вдруг захочется потанцевать...

Терри усмехнулась и покачала головой.

— Спасибо за приглашение. Только, боюсь, вы не понимаете, какому риску себя подвергаете. А страховку за увечья вам не выплатят.

— Не волнуйтесь! Я все предусмотрел. — Он отодвинул стул и высунул ногу из-под стола. — Вот, полюбуйтесь! Туфли с железными носками.

Терри взглянула вниз, на его туфли. Сорок пятый, определила она. Да, Кейн крупный мужчина. Во всех отношениях.

— Это что, специально для танцев с такими, как я?

— С какими такими? — с невинным видом уточнил он. — Разве вы никогда не занимались балетом?

— Издеваетесь?! Вы же видели, как я танцевала с Генри Старком на том вечере. Та еще Терпсихора! — И Терри рассмеялась.

А Кейн смотрел на ее милую улыбку и думал: нет, он ее совсем не знает. Но обязательно узнает!

Через неделю Кейн позвонил и пригласил Терри сходить с ним потанцевать в ресторане при отеле, где они познакомились. Терри начала отказываться, но потом заколебалась. Вслушиваясь в ее голос, Кейн подумал: а ведь ее тоже угнетают одинокие вечера.

— Если у вас другие планы, я не настаиваю, — сказал он.

Какого черта он вообразил, будто у нее нет знакомых мужчин?!

— Кейн, я же вам говорила, что я далеко не лучшая партнерша для танцев.

— Не хотите танцевать, я вас силком не потащу. Просто посидим, послушаем музыку, посмотрим, как танцуют другие. Поужинаем, ну и... вообще, расслабимся... — Он помолчал и признался: — Терри, поймите, иной раз кажется, что если вечером останусь дома, то волком взвою от тоски.

— Так вы из тех, кто...

— Вот именно.

— Ну ладно. Только если заставите меня танцевать, чур, потом не говорите, что я вас не предупреждала.

— Готов спорить, вы просто кокетничаете! — усмехнулся Кейн. Интересно, а она сейчас улыбнулась? Он представил себе ее улыбку, обнажающую неровные зубы, и сам улыбнулся.

В молодости Терри была страшно ранимой, но к тридцати пяти годам выработала некий иммунитет.