— Так что ты хотел? — спросил Первый Меч Империи, ловко подцепив вилкой кусок сыра с грецкими орехами. — Чего опять тень на плетень наводишь?

— Да так… — отмахнулся Варзухин. — Всего-то любопытство меня немного гложет… Как так вышло, что какие-то Масловы посмели напасть на Алису Резанову? Я слышал, не похитить её пытались, а ликвидировать. Странно, что ты это допустил, учитывая твои планы на род Резановых.

Граф Воронцов несколько секунд сверлил своего старого товарища пристальным взглядом, а затем скривился и произнёс:

— Если ты поднял эту тему, то должен понимать, как в действительности обстоят дела. Все значимые лица знают, что у меня есть виды на род Резановых, а мелочь никогда просто так не рявкнет на графский род. Вот и весь секрет — через Резановых хотели досадить мне.

— А заодно и покончить с самими Резановыми, — с пониманием кивнул Варзухин и внимательно посмотрел на Воронцова. Тот на секунду поморщился, и Валерий Сергеевич, не выдержав, усмехнулся: — Ты совсем-то их со счетов не списывай. Да, они сейчас слабы. Но некоторым проще вычеркнуть эту фамилию из Бархатной книги раз и навсегда, чем возиться с ними, как ты.

Мужчины замолчали. Граф Воронцов задумчиво уставился на розы цвета рассветного солнца, которые росли на двухметровом кусте рядом с беседкой.

— Полагаю, ты в курсе, что за Масловыми стоят пруссы и бриташки, — хмуро произнёс Воронцов.

— Эй! — наигранно возмутился граф Варзухин. — Невежливо так говорить! Великое княжество Крымское — такая же часть нашей Империи, как и… ну, например, Великое княжество Варшавское.

Ярополк Германович резко обернулся и ожёг своего давнего товарища пылающим взглядом. Он очень не любил иностранцев, лезущих в управление Российской Империей. А все знали, что в жилах Романовых-Крымских обильно течёт кровь Саксен-Кобур-Готтской (иначе говоря, Винзорской) династии. Представители этой династии правят Прусским королевством, а Прусский король по умолчанию является ещё и Германским Кайзером. Так же Винзорская династия правит Британской Империей.

Да, Ярополк Германович не любил иностранцев… А ещё он очень сильно не любил, когда ему напоминали, что Великие князья Романовы-Варшавские, которых активно поддерживает род Воронцовых, по крови своей уже давно не Романовы, а Гольштейн-Готторпы. Такие же Гольштейн-Готторпы правят Ольденбургско-Саксонским королевством. И король этого королевства по умолчанию получает наследственный титул Канцлера Германской Империи.

Таким образом, в огромной Германской Империи, состоящей из четырёх королевств, множества герцогств, княжеств и вольных городов, дуалистическая система управления.

И обе ветви этой системы — и Кайзер, и Канцлер — проникли глубоко-глубоко в политическую систему Российской Империи, обосновавший в великих княжествах — Варшавском и Крымском.

— Ну что ты на меня так смотришь, Ярый? — хмыкнул Варзухин. — Тебе давно пора научиться быть честным с собой. Разделять личное и деловое. Интересы рода тебя увели в сторону Великого княжества Варшавского. Притом что лично ты — Первый Меч Империи, главный Страж Императора, и… как будто бы должен поддерживать род, из которого вышла нынешняя Императорская семья.

«То есть, Великих князей Новгородских», — мысленно закончил Варзухин.

— Ты правильно сказал, — поморщился граф Воронцов. — Я служу Империи и Императору. А не конкретному роду или конкретной семье. Оставим это, Валера. Или мы снова поссоримся.

— Конечно-конечно! — поднял руки в примирительном жесте граф Варзухин. — Кто ж захочет ссориться после заключения такой выгодной сделки. Давай лучше… продолжим нашу светскую беседу. Например… Как ты думаешь, друг мой, что будет дальше с Масловыми?

Воронцов снова нахмурил кустистые брови и стал пристально вглядываться в лицо Варзухина, пытаясь понять, что же тому известно.