– Я отключаю бипер на выходные. А что случилось?

– Боюсь, что не смогу поехать с вами, – извинилась Джоанна.

Доминик похолодел и обмяк от огорчения, так что вполуха слушал ее объяснения. Он прошел вслед за Джоанной в гостиную и, увидев на софе и стульях стопки вещей, предположил, что она собирается в Калифорнию.

– …только сегодня утром я узнала, что Люд возвращается. Извини, Доминик. Я хотела предупредить тебя заранее, чтобы ты не заезжал за мной и не бегал по лестницам в такой жаркий полдень.

– Ничего страшного, – ответил Доминик, с трудом переводя дух.

Джоанна переложила кучу одежды с места на место. Доминик догадался, что у нее только что был посыльный из прачечной.

– Извини за беспорядок. Хочешь чего-нибудь выпить?

Доминик кивнул и, пока Джоанна отлучилась на кухню, стал рассматривать ее гостиную. Как он и предполагал, у Джоанны был великолепный вкус. Она вернулась с двумя бокалами лимонада.

– Спасибо. – Он пригубил напиток. – Ага. Не ледяной, но прохладный и освежающий. Мама всегда поила меня именно таким. – Изо всех сил он старался скрыть разочарование и придать своему голосу обычное звучание, лишенное печальных ноток.

Доминик искоса поглядывал на Джоанну, которая опустилась на стул, и не мог избавиться от сильнейшего ощущения утраты. Несмотря на все увещания, которые он обращал к себе, его сердце полностью принадлежало этой женщине. Особенно отчетливо он это понял, когда общался с ней в больнице. Он полюбил ее за то горе, которым она поделилась с ним, за ту смелость, с которой она решилась искать его поддержки за неимением Люда.

– Благодарю за лимонад, – сказал он. – Разумеется, я разочарован, что ты не едешь со мной… я хотел сказать, с нами… но я все понимаю.

Но он не мог понять, почему Джоанна была так грустна, задумчива и несчастна. Разве такой должна быть женщина, когда она с нетерпением ждет возвращения любимого человека?

Доминик еще раз извинился и решил, что Джоанна просто смущена тем, что нарушила свое обещание. В дверях он поцеловал ее в обе щеки и грустно взглянул ей в глаза на прощание.

Джоанна закрыла за ним дверь и нахмурилась. Доминик, пожалуй, действительно расстроен тем, что у нее изменились планы. И он поцеловал и попрощался с ней совсем не так, как делал это раньше.

Может ли быть, что именно она, а не Надин, всерьез интересует его?

– Джоанна, ты прекрасно выглядишь. – Люд обнял ее, затем отстранил от себя, чтобы получше разглядеть. – Мне не терпится сжать тебя в объятиях, но я боюсь сделать тебе больно.

Она снисходительно усмехнулась.

Они сидели в гостиной, окна были открыты, и с улицы доносился шум города.

Загорелый, веселый, полный жизненных сил мужчина в слаксах и спортивной рубашке, расстегнутой до середины груди, показался Джоанне незнакомцем, хотя они не виделись всего месяц.

Люд смотрел на Джоанну и с радостью убеждался в том, что она все так же хороша и сексуальна, как и до операции.

– Радость моя, я так без тебя соскучился, – протянул он к ней руки. – По телефону об этом совершенно невозможно говорить.

– Я знаю. Ты продал фильм?

– Да. Компании Эн-би-си. Они заплатили хорошо, хотя чуть меньше, чем мы предполагали. Но не будем сейчас об этом говорить. Похоже, ты не особенно рада видеть меня. Ты встретила кого-то, пока я был в отъезде? Влюбилась в какого-нибудь доктора в больнице? – Люду не понравилось то, как Джоанна смотрит на него. – А, Джоанна?

– Я все знаю о тебе и Надин.

Он стиснул зубы и с силой сжал руки Джоанны. Нельзя сказать, что он не ожидал этого.