– Мне не хотелось быть резким с тобой, но постарайся понять, чего я от тебя хочу, ладно?

– Ладно, – горестно отозвалась она. – Но когда ты стал кричать на меня в присутствии остальных, и даже статисты перестали резаться в карты и глумливо похохатывали надо мной, я… почувствовала себя как нашкодившая ученица, которую ругает преподаватель. Мне захотелось расплакаться, убежать и спрятаться куда-нибудь. – Она потерла раскрасневшиеся от слез глаза.

– Успокойся, малышка, пойдем, я куплю тебе кофе, – примирительно улыбнулся Люд, обнимая ее за плечи.

Джоанна уверяла Люда, что Надин спокойно относится к их роману, и он не возражал ей, хотя придерживался другого мнения на этот счет. Люд слишком хорошо знал женщин, чувствовал их как никто другой. Надин не могла равнодушно воспринять то, что он предпочел ее сестру. В ней жил неистребимый дух соперничества, возникший на почве родственных связей, к которому подмешивалась чисто женская ревность. Люд с трудом мог представить себе, что женщина может искренне порадоваться за подругу или сестру, которой удалось получить то, о чем мечтала она сама. Что же касается Надин, то актрисы всегда хотят интимных отношений с режиссером – Люд к этому давно привык.

Он в десятый раз рассказывал Надин о том, как ему видится характер Сюзанны в его конкретных проявлениях перед камерой, в то же время с иронией думая о том, что Джоанна обладает большим интеллектуальным потенциалом, чем сестра, и что эта роль создана для нее, а не для Надин. Джоанна стала бы играть саму себя, а Надин при всех ее актерских способностях к перевоплощению не может уловить тончайших оттенков характера. По чудесному стечению обстоятельств Джоанна воплощала в себе все характерные черты вымышленной Сюзанны. Сказать по правде, Люд, замыслив сериал, долгие часы проводил с автором сценария, стремясь с его помощью создать героиню, которая соответствовала бы его идеалу женщины.

Как бы там ни было, Надин была исполнительницей главной роли, и от ее душевного состояния зависел успех всего предприятия.

– Мы задумали грандиозное дело, моя радость, и мы его сделаем. В основном я тобой очень доволен. Но даже самые талантливые актрисы иногда нуждаются в руководстве со стороны режиссера. В этом и заключается его работа. Иначе зачем он вообще нужен.

– Я понимаю. Я действительно стараюсь изо всех сил, – надтреснутым голосом вымолвила Надин.

Люд почувствовал, что необходимо избавиться от фигуры умолчания, которая мешала им обоим.

– Важно, чтобы ты знала: моя дружба с Джоанной ни в коей мере не влияет на наши с тобой деловые отношения…

– Конечно, – чуть не плача, отозвалась она. – Но ведь сначала ты выбрал на роль Сюзанны ее.

– Джоанна действительно внешне похожа на Сюзанну. Но когда я познакомился с тобой, то понял, что ты – актриса, а твоя сестра – нет.

Люд не опроверг заявления Надин, впрочем, она не придала этому значения, ломая себе голову над тем, почему он спит с ее сестрой, вместо того чтобы влюбиться в нее.

– Не думай, что я завидую своей сестре, Люд. – Надин подняла на него глаза, в которых дрожали слезы. – Напротив, я чувствую себя несколько виноватой перед ней. Она всегда комплексовала, когда мы снимались в рекламе. Потом это перекинулось и на мужчин. Мне вечно приходилось подыскивать для нее пару на вечеринках. Джоанна с детских лет испытывает затруднения в общении с людьми, она более закрыта для них, чем я. Так что ей пойдет на пользу общение с таким умудренным жизненным опытом мужчиной, как ты. Должна же она когда-нибудь завязать самостоятельные отношения без моего посредничества!

– Вот как? Но ведь она была замужем, не так ли?

– Да, но Бен был настоящим ученым, который ничего не хотел знать, кроме своей работы.