|
Как только и он будет отправлен, мы вновь созвонимся. Это все. Все чт о я знаю. Больше Ник Майло не позвонил. Какова судьба главного конверта, мне неизвестно. Сам звонить ему я не рискую. Благодаря вам. мистер Элжер, и вам, мисс Лайн, у меня в руках два конверта из шести. Мы также знаем, что один из курьеров, Питер Харвей, погиб. Он был активистом республиканской партии, очень перспективным политиком, и выполнил бы задание до конца, не настигни его смерть. Второй конверт, попавший сюда при самоотверженной настойчивости мисс Лайн был доверен изначально Бобу Келли, личному шоферу Ника Майло, его я несколько раз видел. Майло не сомневался в преданности этого человека. Обстоятельства его гибели нам, увы, тоже известны. И, наконец, смерть Генри Фарба. Смерть загадочная. Он ведь не был курьером и не выезжал из дома Майло! Зна чит, «синдикату» каким-то образом стало известно о планах секретаря Гиша, и они приняли меры. Эти люди готовы на все, это очевидно. Что же случилось с остальными курьерами? На часах полдень, а мы в полном неведении. Вы должны понять, мистер Элжер, что во йна началась и что промедление смерти подобно. Иначе нам не избежать новых жертв.
А я, увы, бессилен, что либо изменить. – Единственное ваше преимущество, мистер Клейн, в том, что преступники размахивают палками в темноте, – после долгого молчания произнес Элжер. – Они не знают истнного противника, и пока вы не вышлете повестки в суд, знать не будут. Но это лишь предположе ние. Насколько изменилась ситуация в последние сутки, нам неизвестно. Вы приоткрыли завесу, но по сути не дали мне никаких фактов или зацепок. Напрашивается наивный и очень простой вопрос: почему вы до сих пор не обратились в полицию? Один человек, даже с помощью судейского жюри, не может вести борьбу с целой армией преступников! – Ответ так же прост, как и вопрос: шеф криминальной полиции Фил Караден один из тех, кто значится в злополучном списке. Он давно куплен «синдикатом», он их марионетка. Рассчитывать на Карадена, как на защитника закона, бессмысленно. – Не вся полиция такова. Вы помните лейтенанта Твитта, о котором я вам рассказал? Сто процентов, что этот человек не агент мафии. Как и многие другие его коллеги. Судья поморщился. Он не понимал, чем продиктовано видимое нежелание детектива ввязываться в драку. Когда людям предлагают та;гие деньги, они обычно ведут себя совершенно иначе. – Приходится повториться: пока Караден руководит управлением, мы не можем обращаться в полицию. Помимо того, что все станет известно противнику, Караден умышленно заведет расследование в тупик. Его, конечно, можно отстранить от работы. Такие полномочия даны мэру. Но Гиш, как видите, – по крайней мере сейчас, – явно дистанцировался от меня и моих коллег, он по какой-то причине испугался открытой борьбы. Карадена может освободить от работы суд. Но для этого его следует вызвать на большое жюри или на конф ликтную комиссию и предъявить обвинения, не позволяющие Карадену занимать свою должность. У меня таких обвинений нет пока нет пакета с оригиналом документов. С какой стороны ни рассматривай эту сторону дела, на принятие решения по Карадену требуется вре мя. А его у меня нет. Поверьте, Элжер, я знаю, что вы рисковали жизнью, но кроме вас мне обратиться не к кому. Может быть, мал предложенный вам гонорар? Мы можем вернуться к этому вопросу. – Дело не в деньгах, сэр. Я смотрю на вещи трезво. Дело в возможностях. Как я вас понял, моя задача – найти и доставить вам недостаю щие четыре конверта и успеть выполнить это задание к понедельнику. Сегодня пятница. У меня неполных три дня. – Вы сами говорили о преимуществах. Никто не знает, что вы занимаетесь этим делом, никто не знает, кому нужны документы. Вы опытный сыщик. Рискните. Деньги вы получите в любом случае, вне зависимости от результата. Я понимаю, с каким риском связано подоб ное расследование. |
