Уверена, что ужинать Бинки будет у себя в клубе, так что насчет питания тебе беспокоиться не придется. Полагаю, в доме довольно-таки прохладно. Может быть, тебя не затруднит заранее протопить в спальне Бинки камин? Да, и приготовить ему грелку в постель.

Твоя любящая невестка,

Хильда

Она всегда была просто удушающе чопорна. Потому ее и прозвали Занудой. Мгновение-другое я таращилась на письмо.

— Какова дерзость, — наконец громко произнесла я, и под высокими сводами вестибюля запрыгало эхо. Мало того что они меня больше не содержат, но еще и обращаются со мной как с прислугой! Вероятно, Зануда забыла, что я тут одна-одинешенька и сама обхожусь без горничной. Она что, думает, что это я должна подметать, застилать постель и растапливать камин? Тут меня осенило: герцогской супруге Зануде, скорее всего, в голову не пришло, что я так и живу без прислуги. Она наверняка думает, будто я уже кого-нибудь наняла.

Успокоившись, я решила, что просьба Зануды не так уж неразумна. У меня вполне хватит сил и умения, чтобы снять с мебели один-другой чехол и даже подмести ковер-другой.

Да, меня растили так, что до школы мне ни разу не пришлось застилать свою постель или налить себе стакан воды, но я справлюсь и с тем, и с другим. Прогрессировала я просто на глазах. Я еще не пыталась разжечь камин, хотя дедушка и объяснил мне основы основ. Но меня отпугивала сама мысль об угольной дыре, как он ее называл, то есть о жутковатом угольном подвале с пауками. Однако рано или поздно придется решиться и на это. Если вспомнить всех героических предков, которые участвовали в сражениях при Баннокберне, при Ватерлоо и во всех битвах между этими, я должна была унаследовать достаточно отваги, чтобы спуститься в угольный подвал. Завтра воскресенье, и дедушка ждет меня на обед. Надо будет попросить его, чтобы показал мне, как разжигать камин, от и до, включая угольную дыру. И пусть никто не осмелится сказать, что наследница семейства Раннох отступила перед чем бы то ни было!

* * *

Воскресным утром я бодро поднялась спозаранку, готовая взяться за дело. В шкафу под лестницей я нашла и надела фартук, а волосы повязала косынкой, чтобы не запачкать. Собственно, снимать чехлы и вытрясать их за окошко было даже весело. Я танцевала по комнате с метелочкой из перьев, когда в парадную дверь постучали. Забыв о своем одеянии, я отворила. На пороге стояла Белинда.

— Ее светлость уже принимает? — спросила она, потом вздрогнула, потому что наконец узнала меня. — Джорджи! Что это с тобой? Ты репетируешь роль Золушки?

— Что? Ах, это… — я скосила глаза на метелочку. — Исполняю просьбу своей дражайшей невестки. Она повелела, чтобы я приготовила дом к приезду дражайшего братца-герцога — к завтрашнему приезду. Входи.

Я провела ее через вестибюль в гостиную, ту самую, которую прибирала для Бинки. Окна стояли открытые настежь, и свежий ветерок шевелил кружевные занавески.

— Садись же. Я только что смела пыль со стульев, — сообщила я.

Белинда воззрилась на меня так, будто перед ней стояла не я, а некто незнакомый и опасный.

— Но она же не имела в виду, что ты сама будешь убирать дом!

— Увы, боюсь, именно это она и имела в виду. Садись же.