«Господь приглядывает за мной! Будь я сейчас в теле Пробужденного, сошел бы с ума от боли».

Учитывая сложившиеся обстоятельства, Грэхэму и впрямь везло. Он вышел живым из схватки с тремя сверхсуществами, сохранил «Малый Мир» несмотря на проигрыш, и всё еще имеет шансы остаться в солидном плюсе, получив то, ради чего вообще влез в авантюру, затеянную старейшинами Дворцов, недовольных действиями Голда на мировой арене!

Пересилив боль от перегрузки энергоканалов в деградировавшем эфирном теле, костяное умертвие во весь опор неслось в сторону ставки противника. Остатки сверхплотной ауры Монарха, все еще хранящейся в теле, выступили в роли сильнейшего краткосрочного бафа. С немыслимой для Ратников скоростью костяное сгущающиеся ряды Зараженных, двигаясь к окраине города. Туда, где виднелся приземлившийся Иштар!

Клановый храм «Твердыня» — флагман армии Голда — получил критический урон от бомбардировки и совершил экстренную посадку. Аналогичная ситуация сложилась у пяти из семи крепостей, участвовавших в бою. Запертые в Иштаре солдаты Дворцов-захватчиков, тоже видели, как клановые храмы противника приземляются один за другим. И тогда они решились на отчаянный шаг — прорыв сквозь кольцо оцепления! Следующие десять-пятнадцать минут будут решающими для обеих армий Пробужденных.

К тому моменту, когда Грэхэм добежал до приземлившейся Твердыни, со всех четырех ее сторон шел бой насмерть, между силами фракции Голд и солдатами, участвовавшими в захвате Иштара. В двух проходах внутрь, нападавшие добились значительного успеха, пробившись на первые этажи крепости. За спиной Грэхэма, где-то в осажденном Иштаре, слышались звуки серьезного боя. Что-то громыхнуло, взорвалось, и солдаты Дворцов стали кричать еще ожесточеннее. Пора выбираться из этой бойни!

Не долго думая, Грэхэм проскользнул между рядами сражающихся, напряг все свои конечности и совершил прыжок на тридцать метров вверх, зацепившись передней лапой за перила террасы на пятом этаже крепости. Антигравитационное поле, позволяющее летать Монархам, едва-едва функционировало. С таким не полетаешь, но затяжные прыжки получаются, одно загляденье.

Большинство Пробужденных, заметивших Грэхэма, сочли его излишне прытким покойником. Мало ли какое умение человек решил использовать, находясь в шаге от смерти?! И Грэхэм это знал, всячески стремясь соответствовать этой легенде. Он то замирал на месте, то падал притворяясь мертвым, то шатался из стороны в сторону, имитируя нежить. От гордости Монарха не осталось и следа. «Выживание любой ценой!» Такого было напутствие господина Соломона при принятии во Дворец.

Прыжок, зацепиться за балюстрады, сунуть лапу в открытое окно и еще прыжок. Там, где обычный Пробужденный не смог бы найти точку опоры, тонкие когти умертвия находили крохотную щель, цепляясь за нее. Сниженный вес и затухающее антигравитационное поле помогали, а страстное желание отомстить проклятому Голду заставляло Грэхэма ползти вверх всё быстрее и быстрее.

«Сборище безмозглых тараканов!» — подумал Грэхэм, смотря на солдат, штурмующих Твердыню через проходы. — «В условиях коридоров и замкнутых помещений клановых храмов сородичи Голда с их аурой пожирания равносильны оружию массового поражения. Внимание отвлекаете, это да! Хоть какая-то от вас польза».

На одном из этажей в окно высунулись две головы, нос к носу столкнувшись с костяным умертвием. Удачливый Джинронг, заметив неладное, на одних инстинктах тут же юркнул обратно. А вглядывающийся в противника майор Лейх, не успев прикрыться доспехом духа, получил резаную рану через всё лицо.

Довольный совершенной пакостью Грэхэм еще быстрее пополз наверх. Настроение у старейшины мигом поднялось до невиданного уровня!

«Жаль главу Дворца убить не удалось».