Изменить размер шрифта - +
Его многолетний опыт работы в МВД сейчас оказался бесполезным. Несколько секунд они стояли неподвижно: жертва, глядя перед собой бессмысленными глазами, и палач с оружием, готовым выстрелить. Все это было похоже на какую-то жуткую скульптурную композицию. Затем Кущенко провел стволом пистолета вдоль позвоночника водителя, словно что-то разыскивая.

Тот слегка повернул голову и, останавливаясь на каждом слове, медленно произнес:

— Я могу выкурить сигарету? Я полагаю, вы собираетесь убить меня, так могу ли я по крайней мере сначала покурить?

— Хорошо, курите, — ответил Кущенко, — только быстро.

— Спасибо, — промолвил тот и стал рыться в карманах.

Абсурдность ситуации, подкрепленная спокойным тоном водителя, была осознана Кущенко несколькими мгновениями позже. Его тело начало сотрясаться от сдавленного смеха. Уставший от борьбы со своими эмоциями, Кущенко попытался взять себя в руки, но дурацкий смех просто прорывался наружу, как вода из кипящей кастрюли. В какой-то момент он даже почувствовал, что уже готов отказаться от задуманного, но тут же опомнился и твердым, насколько это было возможно, голосом произнес:

— Поторопитесь. У меня мало времени. — Он чувствовал, что промедление может совсем сломить его решимость.

Водитель возился с зажигалкой. Скрежет её колесика, казалось, заполнял весь лес, а искры, разлетающиеся от кремня, были ярче, чем огни автострады. Но газ не загорался. Водитель выругался, попробовал еще несколько раз, и наконец желтое, яркое пламя вдруг вспыхнуло в его руках.

Неожиданная вспышка отрезвляюще подействовала на Кущенко. Твердой рукой он поднял оружие и дважды нажал на спуск. Первая пуля попала жертве в затылок, вторая — чуть ниже. Звук выстрела диким гулом отозвался в лесу и затих, растворившись среди деревьев.

Злосчастный обладатель "плимута" с турбодвигателем тихо лежал меж корней вяза, только что прикуренная сигарета дымилась рядом с его вытянутой рукой. Кущенко поднял ногу, чтоб затушить её, но, передумав, нагнулся. Он несколько раз быстро затянулся, выпустив дым через ноздри, и, отбросив окурок, направился обратно к шоссе.

Идти оказалось не так уж легко: почва изобиловала множеством мелких камней и ямок. Каждый шаг грозил вывихом стопы. Колючий кустарник цеплялся за одежду, как будто хотел задушить в своих объятиях. Ветка шиповника хлестнула по лицу, оставив на щеке два пореза. Агент остановился, чтобы вытереть кровь. Но носовой платок зацепил шип, оставшийся в ране, и Кущенко почувствовал, что расцарапал себе всю щеку.

Когда деревья стали редеть, Кущенко увидел вспышки света на шоссе. Он остановился и прислушался. Ничего, кроме ворчания двигателя "плимута", он не услышал. Однако свет фар "Конквеста" был бы неподвижен, а яркие вспышки должны были принадлежать другому автомобилю, возможно, полицейскому.

Кущенко ничего не оставалось, как только выйти на шоссе и непринужденно направиться к "своей" машине. Только он показался из леса, как причина вспышек стала ясна: прямо позади "плимута" стоял патрульный автомобиль полицейского управления Вирджинии с включенным маячком. Полицейский стоял рядом, облокотившись на капот своей машины. Кущенко похолодел, но присутствие духа не покинуло его.

— Что-нибудь случилось, лейтенант? — спросил он, подходя ближе.

— Вот это меня тоже интересует, — ответил тот. — Что здесь происходит?

— Ничего, — ответил Кущенко и замялся, — я ходил по нужде.

— А что за нужда оставлять ключи в замке? Это, знаете ли, небезопасно.

— Вы правы, лейтенант, но в такое время здесь никого нет... — Кущенко замялся. Он чуть не проговорился, и полицейский, как показалось, тоже что-то заметил.

— Будьте добры, покажите документы, — потребовал он.

Быстрый переход