Но это всё его проблемы. Мне нужен полигон и мы подобрали место. Стрельба никого не должна задеть, будет вестись в сторону холмистой гряды, так что дальше пули не улетят.

У меня родился план, и я его реализую. И энергичный застоявшийся Никитин мне в помощь. Тактическая подготовка командного состава всего округа будет вестись на базе его корпуса. С командирами по-быстренькому разберёмся, загоним новобранцев и… а вот здесь самое главное. Здесь завершим образование выпускных курсов всех военных училищ. ВСЕХ! Это несколько сотен человек. И они же составят костяк командного состава корпуса. На одну дивизию нужно сотни четыре взводных и ротных командиров. Как раз один выпуск Смоленского пехотного. Артиллеристов, танкистов и политруков тоже сюда. Они пройдут усиленную тактическую подготовку. Никитину разрешу взять столько, сколько ему надо. Не хватит, в пехотных и других командиров переквалифицируем политруков. С оставлением им комиссарских званий. К началу войны корпус будет почти собран.

А как случится 22 июня, мгновенно включим мобилизацию и накачаем корпус личным составом до упора. Пригодным для боёв он всё равно сразу не станет, но потихоньку втянется. Недели полторы ему должно… нет, сцуко не хватит! Одно КМБ займёт месяц, а ему ещё сержантов нужно несколько тысяч.

Так-так-так, постукиваю пальцем по столу. А проведу-ка я на базе корпуса плановые сборы. Это идея! Из ушедших в запас в последние лет пять-шесть рядовых и сержантов сформируем полностью весь корпус, проведём в качестве сборов полноценные учения. И не одни, сцуко! Комплекс учений. Срок конца сборов поставим 25–30 июня. Вот ребята и сами не заметят, как окажутся в составе регулярной армии в военный период.

Я надеюсь, до часа икс мне поставят хотя бы сотню Т-34. Половину, не меньше, отдам Никитину. А когда начнётся, наши заводы начнут работать, как ошпаренные. По законам военного времени. И когда немец подойдёт к Минску, его встретит полнокровный, хорошо обученный и отлично вооружённый механизированный корпус. Автомобильный парк Минска уйдёт ему и 17-му мехкорпусу. Тяжёлых и средних танков у него будет не меньше полутора сотен. По мощи корпус будет примерно равен двум немецким танковым дивизиям. Силища!

Ещё одна мысль у меня родилась. Но пока обмозгую, страшновато сразу выбрасывать в реальность. Сначала надо проверить.

— Чайку? — угадывает раньше меня моё желание адъютант. Да, чайку. Я его честно заслужил. Пока пью, раздумываю о целом пакете приказов, которыми мне придётся разразиться. Может, и не пакет, но один комплексный приказ, в котором будут перечислены военные училища, породит целый букет сопутствующих приказов. Училищам придётся резко изменить, а то и отменить программу обучения последних месяцев. На самом деле заменить на более интенсивную и эффективную. В режиме перманентных военных учений.

В голове всплывает кое-что. Это мой генерал мне помогает.

Приказ Наркома обороны СССР № 070 от 22 февраля 1941 года "О проведении очередных выпусков курсантов из сухопутных военных училищ в 1941 году", согласно ему курсанты осеннего выпуска вместо 1 октября 1941 года должны быть выпущены 1 июля 1941 года.

А мы выпустим ещё раньше, 23 июня, если история не выкинет какой-нибудь фортель и немцы не нападут в другой день.

Слабое место в моём плане есть. Я озадачу кадровиков, но родить пару десятков полковников на должности командиров полков и сотню комбатов они не смогут. Вчерашнего выпускника, если он толковый, можно ещё поставить ротным. Но батальон он никак не потянет. А ведь надо держать в голове ещё и 17-ый корпус, которому после 20-го останутся одни ошмётки. Размазывать по округу я этих ребят не буду. Это будет уже слаженная команда.

Хм-м… взглядом одобряю молчаливое предложение Саши подлить в стакан ещё пахучего янтарного кипятка.