— Бри, если слышишь меня, мы едем в западном направлении по О'Доннел-стрит. Понятно?

— Да, Алекс. Слышу. Мы в пути. Что еще тебе нужно?

— Черт! Черт!

— Что такое? — всполошилась Бри.

Я резко свернул в сторону, чтобы не столкнуться с желтым «фольксвагеном-жуком», делавшим левый поворот. Идиот!

— Мне нужна сирена. Или какая-то помощь, — объяснил я Бри.

— Медальон пять си семьсот сорок два, где вы находитесь? — неожиданно протрещал диспетчер таксопарка. Это казалось голосом из другого мира. — Отвечайте. Слышите меня?

— Алекс, что происходит? — спросила Бри. — У тебя все в порядке? Алекс?

«Миата» слегка сбавила скорость, огибая почтовый грузовик, и понеслась по полосе встречного движения. Машины сворачивали в сторону, уступая ей путь. Я дал полный газ и втиснулся позади нее.

— Мэриленд четыреста пятьдесят один джей и даблъю, — сообщил я Бри номер «миаты». — У меня все отлично. Во всяком случае, пока. Продолжаю преследование. — Я выжал газ и сумел слегка толкнуть задний бампер «миаты». Спортивная машина дернулась, но потом снова рванулась вперед. — Бри? Разобрала номер? Бри? Бри, ты где?

Ответа не последовало. Может, я выехал из зоны приема. Я слышал только шум крови в ушах и рев мотора такси.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ

Я знал, что спортивный автомобиль мог бы обогнать меня на длинной прямой дороге, но здесь этого преимущества у женщины не было. А не подпускает ли она меня поближе? Не заманивает в ловушку? Чтобы отделить меня от остальных, потом схватить? Я объект нападения? Кайл Крейг придумал бы что-то подобное. Кайл здесь? Участвует в этом?

Потом я понял, что она задумала. Без предупреждения, без включения стоп-сигналов купе свернуло налево, в узкую улочку, два раза подскочило и продолжало мчаться.

Я проскочил этот перекресток. Поворот не мог сделать никак. Однако быстро приближался другой, и я повернул, надеясь, что где-то впереди есть переулок, ведущий к той улице.

По обе стороны от меня высились жилые здания, свернуть я пока никуда не мог, но вот наконец впереди дорога пересекалась с другой магистралью. Бостон-стрит, подумал я. Я знал, что за этой улицей находится гавань. Это исключало возможности для маневра у «миаты» и, надеялся я, облегчало мою задачу.

Я могу нагнать ее — арестовать! И это будет пока что самым большим прорывом в деле.

Но когда я приблизился к перекрестку, купе с шумом пронеслось мимо. Я тут же свернул за ним. Может, сейчас его достану!

Мы теперь находились в двух рядах ехавших к центру машин. «Миата» ловко петляла среди них, но ускользнуть от меня не получалось. Я держался за ней. И снова вытащил «глок».

Когда женщина вновь сделала внезапный поворот направо, я был к этому готов. Левые колеса такси едва не оторвались от мостовой, но оно не опрокинулось.

Впереди показался обсаженный деревьями жилой квартал. Я заметил пешеходов.

У меня стеснило грудь. В такой погожий вечер дети будут на улице. Купе не замедляло хода. Неслось прямо вперед и даже увеличивало скорость.

Я налег на клаксон. Может, удастся предостеречь людей. Купе пронеслось мимо нескольких кварталов, и я мог лишь следовать за ним на близком расстоянии. «Если ты не первый, ты последний». Цитата из фильма «Баллада о Рикки Бобби».

Когда женщина попыталась сделать еще один поворот, улица оказалась слишком узкой для такой скорости. Купе резко затормозило — и я быстро приближался к нему.

Я снова ударил «миату» в задний бампер, на этот раз не умышленно. Я знал, что основательно попортил такси.

Купе свернуло за угол, въехало на тротуар, потом на чей-то газон.