— Он сказал правду… Постой! — Фентон нахмурился. — Ты говоришь о сэре Хансе Слоуне?

Джайлс пожал плечами.

— Да, припоминаю, что его имя Ханс. Но он не имеет рыцарского звания.

— Будет иметь. Но это неважно. Скажи мне теперь, что произошло за восемь дней, когда я валялся здесь, как мертвец?

— Конечно, скажу, — быстро ответил Джайлс, — иначе мне не будет ни минуты покоя. Накормлены вы неплохо — сегодня, перед тем, как проснуться, съели отличный суп.

Не спросив позволения, Джайлс подошел к окну, придвинул к кровати стул и сел. После этого над кроватью виднелась только его вытянутая физиономия с рыжими волосами. Фентону это показалось весьма неприятным зрелищем, походившем на фокус с говорящей головой.

— Сэр, — заговорил Джайлс, — вы помните вечер 10 июня?

«Которое, — сказал себе Фентон, — я считал 9 — м». Он кивнул.

— Вы вернулись из дворца Уайтхолл около половины девятого и направились в эту комнату. Без нескольких минут девять, поднимаясь по лестнице по какому-то делу, я встретил в коридоре Джудит Пэмфлин.

Каждое слово Джайлс, словно домовой, иллюстрировал тычком пальца.

— «Что ты здесь делаешь?»— спросил я, видя, как она топчется у двери вашей комнаты. «Мне нужно передать сэру Николасу важное сообщение от миледи», — ответила она. Хотя я колебался, помня ваш приказ не беспокоить вас, все же я разрешил ей войти. Вы помните, что она вам сказала?

— Большей частью, да.

Рыжая голова Джайлса подалась вперед, верхняя губа приподнялась, как у рыбы.

— Джудит Пэмфлин сказала вам следующее: «Миледи спрашивает, почему вы не пришли к ней после вашего возвращения». Это было правдой, ибо миледи, услышав ваши шаги на лестнице и любя вас, даже когда чувствовала приближение смерти…

Фентон открыл рот, чтобы возразить, но тут же закрыл его…

— …сказала именно это. Но вспомните, какими были следующие слова Джудит: «Она также просила…» Здесь Джудит Пэмфлин умолкла, так как вы положили руку на эфес шпаги. Резко выбранив ее за то, что она вошла в комнату миледи без разрешения, в то время как вы запретили ей входить туда, вы все же дали ей распоряжение…

Лицо Джайлса стало суровым.

— Вы велели ей, — продолжал он, — охранять миледи как следует, так как вы собирались выйти из дома, но вернуться до полуночи. А теперь вспомните, сэр! Видели ли вы когда-нибудь на лице этой женщины такое злое и безобразное выражение, как в тот момент?

Фентон кивнул.

— Да, я обратил на это внимание, — спокойно сказал он.

— И я тоже! Вы ушли из дома быстрее, чем я рассчитывал. Мне казалось, что вы больны, и я хотел удержать вас, но разве это возможно? Потом, вспомнив физиономию этой ведьмы, я совсем встревожился и поспешил в спальню миледи.

Ваша жена лежала на кровати, все еще в оранжево-голубом шелковом платье с бриллиантами. У нее была рвота — рядом с ней торчала Пэмфлин. Мне сразу стало ясно, что это снова мышьяк. А теперь слушайте, какие слова миледи вам не передала старая ведьма: «Попросите его прийти, ради Бога, потому что за ужином я приняла яд в пище или в вине, и только он может меня спасти!»

Джайлс сделал паузу и снова бросил быстрый взгляд на хозяина, словно боясь, что этот рассказ окажется для него слишком тяжким ударом.

Но Фентон оставался спокоен.