И ещё одно «хотя»: реакции дымчар не последовало, хотя девушка очень надеялась, что соль заставит их если не сбежать, то съёжиться от страха. Небольшое разочарование недолго владело ею. Непрестанная работа заставила забыть о том, что хотелось бросать соль в дымчар (или это уже было не нужно?): она заканчивала выкладывать второй контур.

… Неожиданно закричал Костян. Коротко, но страшно.

Арина чуть не упала – так ослабели руки от его вскрика. Но не упала – привалилась спиной к стене рядом с дверью, благо в тот миг оказалась рядом.

Мальчишка стоял напротив одного из дымчар и остолбенело смотрел на него, как будто впервые увидел его. В неверном освещении лицо Костяна выглядело потрясённым.

Сергей, ходивший следом за девушкой, бросился к нему. Парень подхватил мальчишку за подмышки и выволок из комнаты, бросив Арине: «Не двигайся с места!»

За прикрытой дверью Арина услышала встревоженные голоса: кажется, та нервная женщина о чём то расспрашивала Сергея. Сначала вполголоса. Потом раздался её гневный голос, отчётливо слышный в комнате:

– Как тебе не стыдно – использовать их! Они же ещё дети!

И немного тише прозвучал ответ Сергея:

– Именно поэтому, что дети! Я хочу, чтобы у них была возможность стать взрослыми!

Потом голоса стали тише, а вскоре и вовсе пропали. Наверное, все ушли в кухню. Арина посмотрела на ведьмин круг, посмотрела на контуры. «Простаивать» не хочется. Она прихватила пригоршню предметов из наваленных на полу горок и быстро вернулась к прерванной линии контура. Во время довольно монотонной работы мелькнула мысль: «Надо было обновить обереги! Знать бы заранее, что для каждого случая обереги должны быть разные…»

Парень вернулся, но один. Девушка, услышав его шаги, метнулась снова к двери – сесть так, как было, когда он ушёл. Не дожидаясь вопроса, он быстро сказал:

– Костя посидит на кухне, успокоится.

Странно как то сказал, как будто мальчишка был взволнован, оттого и закричал.

– Сергей, – решилась она, – а я не буду так? Ну, кричать? И… что с ним?

Он облизал пересохшие губы, криво улыбнулся.

– С ним – не знаю. И не знаю, будешь ли ты кричать в такой ситуации. Но через несколько минут Костя вернётся.

Девушка повернулась было к ведьминому кругу, но снова оглянулась на парня.

– А почему он кричал? Не сказал?

– Сказал. Дымчара с ним заговорил. Предложил ему разбросать ведьмин круг и порушить всё то, что успела сделать ты.

– Предложил?! – Вопрос остался без ответа, поскольку был риторическим, но следующий вопрос был логичным: – Сергей, а что я делаю? Ты видишь? Знаешь?

– Вижу. Отсекаешь Александра от дымчар, которые присосались к нему.

Эти слова заставили Арину действовать быстрей. Правда, чуть позже ей помешали в быстром продвижении по создаваемой линии контура, но этой помехе она была только рада. Хоть Сергей и считал, что с Костяном всё хорошо, но она то тревожилась. Хотя бы потому, что происшествие с мальчишкой – часть общего страха из за неизвестности.

Едва заметное колыхание воздуха и качание свечного пламени (открылась дверь в комнату) возвестило о возвращении Костяна. Острое лицо мальчишки уже не выглядело испуганным и ошалевшим. Оно буквально дышало жёсткой решимостью – словно он вот прямо сейчас чуть не в драку!.. Взглянув на него, Сергей спросил:

– Не рано? Может, надо был ещё немного посидеть на кухне?

– Ни за что! Там эта тётка!.. – с негодованием начал Костян и осёкся, виновато взглянув на Сергея и сбавив тон. – Ну… Эта женщина… Она всё время плачет и говорит очень нехорошо.