Все долго моргали, глядя на Джека.

— Хорошо, — сказал Тони, прежде чем Лия обрела дар речи, — Тогда вам будет понятно. Обучаясь играть, вы вынуждены были думать обо всем, что делали, — правая рука, левая, меха, мелодия, слова, ритм… Главное, вам приходилось гадать, почему вы не научились играть на каком-нибудь клевом инструменте. Потом, после долгих тренировок, все встало на свои места. Вы смогли просто играть, не думая о таких мелочах. С чарами призыва так и случилось. Все встало на свои места. С другими заклинаниями мне все еще приходится трудиться и прикидывать.

Поскольку такой сигнал к действиям был не хуже любого другого, Тони начал первый круг.

Слова оказались не только длинными и сложными. Их была чертова прорва. Парень едва успел произнести все. Он закончил третий круг и скороговоркой пробубнил последние несколько слов. Потом Фостер опустился на колени у карты, подышал на кончики пальцев и прижал их к краю выглаженной бумаги.

— Что за?..

— Ш-ш-ш. — Это сказала Лия, которая и раньше работала с волшебниками.

Тони сосредоточился. Ничего не произошло. Он чувствовал, что карта ждала, ощущал нужную информацию прямо под кончиками пальцев. Фостер напрягся, сфокусировал силу.

«Я могу и должен это сделать.

Так уж мне полагается.

Постойте. Не делать. Я не творю чародейство, а просто являюсь волшебником».

Что-то сдвинулось. Голубой свет заструился из его пальцев, заливая карту как вода. Потом полыхнула внезапная вспышка, за ней — еще одна.

Грянул световой взрыв.

Кашляя и отмахиваясь от ленточек дыма, Тони посмотрел вниз, туда, где свет рассыпал пепел на бетонном полу.

— Думаю, мне понадобится еще одна карта.

Все четверо уставились на узор из маленьких точек, выжженных на второй карте.

Плохие новости — их было много. Может, Райн Циратан и злился, потеряв столько демонов, но у него и вправду имелись серьезные мотивы посылать все новых и новых.

Хорошие новости — большинство точек были очень блеклыми. Только три оказались значительно темнее остальных.

— Что это означает? — спросил Ли, скрестив руки на груди.

— Если все сработало, то это означает, что есть множество слабых мест одного и того же размера, — Тони откинулся на коленях, поднял карту и встал. — Когда они прорвутся…

— Повсюду будут демоны, — мрачно закончил Джек.

— Такого не может быть, — покачала головой Лия. — В книге Генри говорится, что конвергенция располагает ограниченным запасом энергии.

— Как и атомные бомбы, — хмыкнул Джек, — Тебе нужно уточнить, что значит «ограниченный».

— Мы знаем наверняка, что Райн хочет добиться твоей смерти и открытия своих врат, — напомнил каскадерше Тони, глядя на нее поверх края карты. — Думаю, он работает с конвергентной энергией, чтобы создать множество слабых мест и послать сюда одновременно целую стаю демонов. Циратан рассчитывает, что хотя бы один из них прорвется сквозь мою защиту и доберется до тебя.

— А вот эти? — Ли постучал по изнанке карты — более темные выжженные пятна были видны и там.

— Скорее всего, они должны отвлечь мое внимание. Думаю, демоны, появившиеся из них, не пойдут за Лией, а будут действовать сами по себе. Если хотя бы один из них прорвется в наш мир, то он начнет буйствовать в Большом Ванкувере и отвлекать меня, чтобы я был слишком занят и не успел вовремя закрыть множество слабых мест.

Лия скрестила руки на груди, тяжело вздохнула и заметила:

— У тебя очень сложные выкладки, Тони.