Виктор покачал головой.

«Как их заело-то! Слишком уж им нужна девочка, которую спасла Эммануэль… Что-то здесь не так».

— Никаких проблем. Всё, что я делаю, я делаю открытыми методами. Поэтому от меня не потянется никакая дорожка к вам. Официальный наниматель у меня будет?

Стрекоза чуть нахмурилась, потом кивнула и ткнула пальцем в свою грудь.

— Я.

— Ясно. Отчет?

— Раз в день, если результатов особых нет. Если появится хоть какой-то результат — связаться немедленно.

— Хорошо, — Нефритов поднялся, расплатившись по счету своей карточкой. — Тогда, Настя. Еще увидимся.

— Да, — девушка улыбнулась. — Спасибо.

Детектив не ответил, просто кивнул и двинулся к выходу. Стрекоза поднесла к губам усик небольшого микрофона.

— Аш. Джем. За ним. Следить в течение трех суток. Если он сказал правду, и действительно никак не контактирует с русским патрулем, наблюдение снять. Есть соврал, поймать и… объяснить, чем вредны такие действия.

— Есть! — отозвались на том конце.

Стрекоза, глядя в сторону ушедшего Нефритова, злым хищным взглядом, усмехнулась. Она не любила Гюрзу. Она не любила подчиняться. И уж тем более, она была уверена, что найти Рашель никому не под силу.

Потому что граф Монтесье слишком умен, чтобы спрятать свою дочь в ненадежном месте. В конце концов, ее учитель — был гением. Разве можно в нем сомневаться?

* * *

…Она ворвалась в дом подобно свежему ветру. Смеющаяся, с растрепанными волосами, блестящими от восторга глазами.

Рашель, складывающая под присмотром девочки-погодки бумажных журавлей, подскочила на месте и, не веря, взглянула на Эммануэль.

— Эми! Эми! Эми! — протараторила она и в следующий момент рванулась с места вперед, к появившейся подруге.

— Ну-ну, — зарывшись пальцами в золотистые косы, Эми наклонилась и звонко чмокнула Рашель в макушку. — Тебя что, обижали?

— Нет!

— Тебя кто-то расстроил?

— Нет! — Рашель подняла смеющееся лицо. — Классно! Мне здесь нравится!

— Это хорошо. А вот с одеждой, Лика сказала, что у тебя проблемы.

— Есть немного, — согласилась девочка. — Одежда Аннет мне маловата, а одежда тети Лики висит.

— Ясно! Непорядок. Для такой милой маленькой модницы как ты, это, должно быть, настоящая трагедия! — не смогла не съехидничать Эми, обнимая за плечи Рашель. И тут же поворачиваясь к дверному проему на кухню. — Лика.

— Эми, ты когда-нибудь научишься вначале звонить, затем появляться? — поинтересовалась тетка, выходя в гостиную и на ходу вытирая руки, запачканные в муке. — Блинчики с клубничным свежим джемом и кофе уже на столе.

— И всегда-то ты знаешь, когда я появлюсь! — удивилась Эммануэль, проходя к тетке и звонко целуя ее в щеку.

— Ты же егоза, — засмеялась Лика. — Тебя предсказать можно лишь как моряки угадывают шторм. Ты надолго?

— На полчасика и чашечку твоего божественного кофе, — ответила Эми, затем повернулась через плечо. — Раш.

— Да? — отозвалась девочка, уже успевшая вернуться к Аннет — дочери Лики, с которой подружилась практически сразу же.

— У тебя есть тридцать минут, потом мы с тобой отправляемся по магазинам. И заодно встретишься с отцом.

— Правда?! — расцвела еще больше Рашель.

Эми засмеялась.

— Честное слово!

— Уррррра! Тогда! Тогда! — схватив Аннет за руку, девочка что-то жарко зашептала ей на ухо.