У Алиры и Маролана характерные для драконов черты – высокие скулы, узкие и выразительные лица и больше ничего общего. Голову Маролана украшает роскошная шапка черных волос, совсем как у меня, а Алиру природа наделила великолепными золотыми волосами – крайне редкий случай среди драгейриан и почти уникальный для дракона. Ее обычно зеленые глаза – еще одна странность – временами вдруг меняют свой цвет на серый, я сам видел. А иногда на льдисто-голубой. Когда глаза Алиры становятся голубыми, я стараюсь соблюдать крайнюю осторожность.

Почти сразу же вслед за Алирой появилась Сетра. Что я могу сказать о Сетре Лавоуд? Те, кто в нее верит, утверждают, что она прожила десять тысяч лет (иные говорят двадцать). Многие считают, что она миф. Называют ее жизнь противоестественной, чувствуют ее дыхание воскрешенной из мертвых. Ее черный цвет – цвет магии. Серый – цвет смерти.

Сетра улыбнулась мне. Все мы, собравшиеся здесь, друзья. На бедре у Маролана всегда висит Черный Жезл, которым он убил тысячи у Стены Склепа Баритта. Алира – хозяйка Искателя Тропы. Говорят, он служит силе более могучей, чем Империя. Сетра владеет Ледяным Пламенем, внутри которого заключено могущество горы Тсер. А я владею собой – весьма достойно. Благодарю вас. Мы сели, что нас почти уравняло.

– Ну, Влад, – сказал Маролан, – так что же произошло?

– Я в гневе, – ответил я.

Его брови изогнулись.

– Надеюсь, он направлен против тех, кто мне незнаком.

– По правде говоря, речь идет об одном из ваших гостей.

– В самом деле? Сколь ужасно не повезло вам обоим. Могу ли я узнать его имя?

– Вы знаете некого лорда Мелара? Джарега?

– Ну да. Так уж случилось, что мы знакомы…

– Позволительно ли мне спросить, при каких обстоятельствах произошло ваше знакомство?

Смешок:

– Ты говоришь совсем как он.

– Заткнись, Лойош.

Маролан пожал плечами.

– Мелар сообщил несколько недель назад, что нашел книгу, которая меня интересовала, и обещал ее принести. Он прибыл в замок… дай-ка вспомнить… три дня назад. С тех пор и остается моим гостем.

– Насколько я понимаю, книга у него и в самом деле была?

– Ты правильно понимаешь. – Маролан показал на том, который читал, когда я вошел в библиотеку.

Я посмотрел на переплет и увидел неизвестный мне символ.

– Что это такое? – спросил я.

Маролан некоторое время смотрел на меня, словно раздумывал, можно ли мне доверять, потом пожал плечами.

– Доимперская магия, – ответил он.

Я уважительно присвистнул. Ответ Маролана изрядно меня удивил. Я быстро огляделся, но остальные, казалось, отнеслись к новости спокойно. Вероятно, уже знали. Только я начинаю думать, что изучил некоторых своих знакомых, как они открываются мне с самой неожиданной стороны.

– Известно ли императрице о вашем увлечении? – поинтересовался я.

Маролан слабо улыбнулся.

– Так уж получилось, что я забыл ей сообщить.

– Как не похоже на вас, – заметил я.

Маролан промолчал, и тогда я спросил:

– Как долго вы ее изучаете?

– Доимперскую магию? Лет сто. Откровенно говоря, императрица об этом знает. Я не особенно старательно скрываю свои увлечения. Естественно, я не стану делать официальных заявлений, но это как владеть клинком Морганти: если власти захотят причинить тебе неприятности, у них есть подходящий повод. Но в общем им наплевать. Если, конечно, кто-то не станет ею пользоваться.

– Или случайно не окажется джарегом, – пробормотал я.