Я заканчивал паковать лежащего, когда буквально над ухом пропищали:

— Вован, ты где?

Подняв голову, я увидел здоровенного жирного мужика, замершего у входа в подсобку. В руке он держал кружку, от которой шел пар. Дальше события начали развиваться быстро. Он отшвырнул в сторону кружку и вразвалку, но очень шустро двинулся ко мне, шаркая ногами в шлепанцах по полу.

Вскочив на ноги, я даже не успел поднять руки, как мне прилетело с правой в челюсть. Все, что я успел сделать, это немного приподнять плечо, защищая подбородок и отклониться назад. Бац, и мои ноги оторвались от пола. Пролетев добрых три метра, я врезался в стену и сполз на пол.

— Так и лежи! — пропищал он, любуясь делом своих рук, вернее, кулака.

Кое-как встав на ноги, я попробовал поднять левую руку. Получилось не очень здорово, потому что зверски болело плечо, куда пришелся удар. Даже страшно было подумать, что было бы, придись его кулак точно мне в подбородок. Впрочем, думать было некогда. Размахнувшись правой, будто собираясь метнуть в противника гранату, я бросился вперед. Приняв классическую боксерскую стойку, чуть вытянув вперед левую руку и прикрывая подбородок правой, он спокойно ожидал моего наскока, явно собираясь послать меня в нокаут встречным ударом.

Я не доставил ему этого удовольствия, за пару метров до него рухнул на колени и проехал на них остаток дистанции по линолеуму. Как и ожидалось, своевременно среагировать на эту уловку он не успел, у таких толстяков руки, бывает, летят быстро, а вот согнуться в пояснице для них — большая проблема. Оказавшись почти между ног моего спарринг-партнера, я вонзил левый кулак прямо ему в промежность, а затем поднял правую вверх и локоть вертикально вниз, целясь в то место на его левой ступне, откуда росли пальцы. Попал! Он пронзительно завизжал, скорчился и упал на бок, не переставая орать, и только пара ударов дубинкой по голове заставили его замолчать. Для того чтобы как следует упаковать этого борова, мне пришлось израсходовать весь скотч.

Оттащив спеленатых охранников за прилавок с удочками (второго — с очень большим трудом), я вытер трудовой пот со лба и приступил, собственно, к тому, зачем пришел. Первым делом навестил комнату видеонаблюдения. Отключил аппаратуру, извлек диск с записью нашей битвы и присвоил его. Сходил на кухню, снял с огня кастрюлю с макаронами, после чего двинулся в закрома.

Склад оружия располагался в подвале. Без особого труда отключив простенькую сигнализацию, я извлек отмычки и взялся за дело.

Все мы учились понемногу, чему-нибудь и кое-где, и каждый из нас успевал в каком-то предмете лучше других детишек. Лично у меня почему-то с самого начала обучения стало неплохо получаться открывать разного рода замки с помощью чего угодно, кроме «родных» ключей, как будто кто-то нашептывал на ухо, где дернуть, чем щелкнуть и куда подвернуть…

«Врожденный талант», — объяснял мои успехи преподаватель в учебке, вечно шмыгающий носом тусклый человечек с лицом хронического язвенника. По слухам, в свое время он умудрился проникнуть в личный кабинет руководителя министерства обороны одной страны, бывшего вероятного противника Советского Союза, а ныне — одного из стратегических партнеров демократической России. Там он за пятнадцать минут бесшумно вскрыл сейф, создатели которого на всех углах трубили о стопроцентной гарантии их изделия от взлома, выгреб оттуда все содержимое, опять запер его и скрылся.