Впрочем, в кондиционированных комнатах и коридорах регионального Управления Министерства государственной безопасности ни жары, ни лишних запахов не было вне зависимости от погоды. В секции допросов следственного блока так и вовсе было чересчур прохладно. Наверное, чтобы задержанные чувствовали себя не слишком комфортно, а следователей не разморило.

Полковник МГБ Старченко подошел к полупрозрачной, зеркальной изнутри стене комнаты для допросов и повнимательнее присмотрелся к задержанному, которого вот уже два часа пытался допросить капитан Коровин.

Сидевший в комнате-аквариуме подозреваемый выглядел странно. На первый взгляд вполне обычный человек: выше среднего роста, физически крепкий, обычной внешности, но что-то в нем было не так. Волосы? Нет, нормальный промежуточный вариант – русые волосы с первыми проблесками серебра на висках, по длине уже не ежик, но еще и не прическа. Что-то в чертах лица? Хорошее лицо, волевое. Брови чуть изогнуты, словно он вечно чем-то недоволен, но взгляд при этом уверенный и спокойный. Вот, может, дело в этом спокойствии? Человек, если что, сидел не на диване в гостиной, а в комнате для допросов на жестком стуле, прикованный к металлическому столу наручниками. Но этот факт его, похоже, не волновал. Вообще.

Старченко заложил руки за спину и хмыкнул. По ту сторону стены из темного стекла что-то явно пошло не так. Диалог между капитаном Коровиным и арестованным субъектом не клеился. Следователь старался как мог, но подозреваемый молчал и просто разглядывал Коровина, словно тот экспонат музея. Или обитатель зоопарка. Что вдвойне обидно.

«Майор Данилов еще час назад пробил бы упрямцу в бубен. Но это Данилов. Не Коровин. – Старченко хорошо знал характеры подчиненных и был уверен, что капитан сохранит самообладание, даже если допрос затянется до утра. – Хотя Данилов тоже умеет быть выдержанным. Ему для этого надо взять след. Вот тогда он – воплощение спокойствия и сосредоточенности, как ищейка. А когда ситуация расплывчатая – зови Коровина, только он ее и утрамбует до нужной твердости. А еще лучше их обоих запускать, по классической схеме, злого и доброго. Но Данилова сам начальник Управления куда-то отправил. Даже мне не сказал куда. Случай из ряда вон. Но это ладно, всякое бывает. Так что за неимением гербовой бумаги пишем на простой. Кого имеем под рукой, с тем и работаем».

Полковник вернулся к первой мысли: что-то тут не так, почему арестованный настолько спокоен? Его взяли с поличным, на месте преступления, никакие адвокаты ему не помогут, но парень таращился на Коровина, словно был уверен, что тот с минуты на минуту откатает свою обязательную словесную программу и отпустит преступника на все четыре стороны.

– Напрасно вы упрямитесь… – Коровин в десятый раз поднял на уровень глаз пластиковую карточку водительского удостоверения – единственный документ, который нашли в карманах у подозреваемого, – Алексей Владимирович. Правосудие ценит добровольное сотрудничество. Вы в курсе?

Задержанный не отреагировал. Даже не моргнул. Продолжил пялиться на капитана с прежним равнодушием.

– Мой год рождения, – продолжая разглядывать «права», проронил Коровин. – Мы с вами ровесники.

Капитан вздохнул, пытаясь выглядеть искренне сочувствующим ровеснику, попавшему в затруднительное положение.

– Но вы, похоже, ведете более здоровый образ жизни. – Коровин обозначил улыбку. – Спортом занимаетесь? Я вот включил приложение на смартфоне… «шагомер» называется, знаете такое? Стараюсь хоть как-то следить за нагрузкой.