— Проклятие! — Джордж Баннистер схватил шляпу. — Нам надо спешить.

— Бертольд! — Маркус окликнул хозяина. — Прошу вас запрячь мою лошадь в повозку.

Он ринулся наверх, перепрыгивая через две ступеньки. Джудит побежала вслед на Маркусом.

Он торопливо надевал куртку, проверяя содержимое карманов.

— Я отправляюсь в Катр-Бра. Ты оставайся здесь. Я вернусь за тобой и оплачу счет.

— Ты, видимо, забыл, что это я ехала в Катр-Бра, — произнесла она, с трудом сдерживая нервную дрожь.

Не время сейчас обсуждать то, во что они оба вляпались, но холодок в голосе Маркуса настораживал. Джудит и мысли не могла допустить, что он может уехать и оставить ее в пустой гостинице у дороги, по которой отступала армия.

— Ты никуда не поедешь, — решительно заявил он. — Это очень опасно. А кроме того, ты там будешь только мешать.

Джудит взорвалась. И это было как раз кстати, потому что освобождало ее от чувства беспомощности перед лицом мрачной неизвестности, скрывающей их будущие отношения с Маркусом Девлином.

— Это моя лошадь и моя повозка, — выпалила она. — И я хочу, чтобы вы, лорд Керрингтон, знали, что я поеду куда пожелаю. И приказывать мне у вас нет никакого права. — Она лихорадочно надевала куртку и перчатки. — Если вы хотите, чтобы я вас подвезла, пожалуйста, я не возражаю. Если нет, можете искать себе другой транспорт.

Он не успел ничего ответить, как Джудит выбежала из комнаты. Проклиная все на свете, Маркус схватил хлыст и ринулся за ней. Джудит уже успела забраться на сиденье возницы и взяла вожжи. Маркус схватил лошадь под уздцы.

— Ты ведешь себя, как капризный ребенок, — воскликнул он. — На поле сражения женщине абсолютно нечего делать. Прошу тебя, иди в дом!

— Нет, — огрызнулась она. — А ты деспот, и больше никто. Я тебе сказала, что поеду куда захочу, и ты не имеешь никакого права мной командовать.

— Ты ошибаешься. В данный момент я исполняю обязанности супруга, — объявил он, — и повторяю: там, где сражаются и убивают, женщине не место, тем более моей жене. А теперь выполняй, что я тебе сказал.

На мгновение Джудит лишилась дара речи.

— Я не твоя жена, — еле слышно произнесла она наконец.

— Фактически жена. А как только я смогу найти священника, ты станешь ею и по закону.

Ну, такого и святой не выдержит!

— Даже если на земле совсем не останется мужчин — только ты один, — я и тогда не выйду за тебя! — воскликнула она.

— Ты совершенно правильно заметила, моя дорогая Джудит, все именно так и есть, — сухо ответил маркиз. — Я первый и последний мужчина, которого тебе суждено познать. В прямом значении этого слова.

Побледнев как полотно, Джудит вскочила на ноги и хлестнула вожжами лошадь. Животное заржало и рвануло вперед, что было для Маркуса несколько неожиданным. Он все еще держал ее под уздцы и чуть не упал. Но в следующий момент ему все же удалось запрыгнуть в повозку и вырвать у Джудит вожжи. Лошадь мчалась, словно под хвост ей сунули колючку.

— Месье… месье!.. — раздались отчаянные крики хозяйки.

Джудит посмотрела через плечо. На дорогу выбежала мадам Бертольд, размахивая сковородкой на длинной ручке. Ветер сорвал с ее головы чепец.

— Ты забыл оплатить счет, — сказала Джудит и зашлась смехом, почти истерическим. В этот смех быстро перетекал весь ее гнев.

— Будь оно все проклято! — Маркус натянул поводья, и почти обезумевшая лошадь остановилась.

Он посмотрел на Джудит. Та от смеха согнулась пополам, по щекам ее текли слезы. Неожиданно этот приступ смеха передался и Маркусу, его губы скривились, плечи — затряслись.