– Видишь ли, дорогая, – сказал Армандо Дзани, – составление завещания – малоприятная процедура, тем более что я никогда не придавал значения собственности. Но время неумолимо, и рано или поздно я уйду к твоей матери и к своему другу Убальдо. Я ничего для тебя никогда не делал, я потерял много лет и теперь хочу оставить тебе кое-что. – Его голос предательски дрогнул, выдавая волнение.

– Стоп! – прервала его Джулия. – Я и слышать не хочу ни о каком наследстве.

– Именно для того, чтобы больше не возвращаться к этой теме, я решил при жизни подарить тебе свою римскую квартиру со всем, что в ней находится. Ты имеешь на нее все права. Сегодня за обедом в присутствии нотариуса я подпишу дарственную.

– Беспокоитесь о накопленном добре, уважаемый депутат? – решив все обратить в шутку, нарочито весело спросила Джулия. – Живите лучше спокойно и не морочьте этим голову ни себе, ни мне.

– Это мое решение, и тебе придется подчиниться. Не забывай, что я твой отец, а родителей надо слушаться.

– Но у тебя есть еще двое детей, – напомнила Джулия.

– Да, у меня двое законных детей, которые давно стали настоящими американцами и думать забыли о своем итальянском отце. К тому же у них денег куры не клюют.

– Ты сумасшедший!

– Я знаю, Джулия, ты не бедствуешь, твои романы имеют большой успех, и дом у тебя есть, но жизнь длинная, кто знает, что у нас впереди? Тебе еще надо вырастить сына, а на его отца надежды мало. Лео – блестящий журналист, но семьянин из него не получился. А у меня со здоровьем неважно. – Армандо Дзани украдкой вздохнул. – Надо поторопиться.

– Что с тобой? – испугалась Джулия.

– С почками не все в порядке. Ничего серьезного, пока во всяком случае, – успокоил он Джулию. – Да мне и грех жаловаться. Я прожил жизнь, как сам хотел, и главное, у меня есть любимая дочь, самая замечательная дочь на свете!

– Ты поправишься, – уверенно сказала Джулия. – Я тоже была больна, но теперь, как видишь, уже поправилась. – Она ободряюще улыбнулась отцу.

– Возможно, – задумчиво ответил Дзани.

– Что я могу для тебя сделать?

– Если бы ты даже была всемогущим Богом, я и то не попросил бы у тебя ни одного лишнего дня жизни. Все должно идти своим чередом. Единственное, что ты можешь для меня сделать, – это принять мой подарок и не мучить меня отказом.

– Хорошо, – согласилась Джулия уже в дверях ресторана.

– Здравствуйте, синьора де Бласко, здравствуйте, уважаемый депутат, – бросился к ним навстречу метрдотель.

– Скажите, наш гость уже здесь? – спросил его Дзани.

– Он ждет вас за столиком, – предупредительно ответил метрдотель, – позвольте, я провожу.

Нотариус – чопорный и сухой, словно сошел со страниц английского романа девятнадцатого века. Едва Дзани представил его Джулии, как к ней подошел официант.

– Вас просят к телефону, синьора де Бласко, – тихо сказал он.

У Джулии все внутри оборвалось от дурного предчувствия, но она взяла себя в руки и направилась к телефону. Звонила Амбра.

– Джулия, не волнуйся, ничего страшного не случилось, – начала домоправительница. – Джорджо в порядке, хотя и натворил глупостей.

– Каких еще глупостей? Где он?

– Он в отделении полиции. Тебе надо поехать туда и забрать его.

Глава 24

Джулия остановила свой старенький «Мерседес» у самой калитки.