— Это еще зачем?

— Мы решили, что это предостережение, — объяснила Ханна.

— Черт! Так вот зачем вы приехали! Думали, я готов прикончить пса, чтобы отомстить за Кэтлин?

— Да, у нас мелькала такая мысль, — признался Рейф. — Мы не знаем, кто еще мог бы пожелать отомстить за нее.

— Черт! — повторил Делл, сел на продавленный стул и уставился на банку. — Нет, убивать собаку я бы не стал. Ваш пес не виноват в том, что стало с моей сестрой.

— Ты прав. — Рейф подался вперед, держа банку содовой между коленями. В такой позе он выглядел серьезно, но не внушал опасений. Просто предстоял мужской разговор. — Я хочу объясниться, Делл. Ты думаешь, что Кэтлин убил я. Но я ее не убивал, говорю тебе как на духу. Можешь мне не верить, только объясни, почему ты так убежден в том, что виноват именно я.

Делл тоже завертел банку в руках и наконец поднял голову.

— Я всегда считал, что ее убил ты — потому что той ночью ты последним видел ее. Все твердили, что ты был зол на нее.

Вмешалась Ханна:

— Но почему ты с самого начала считал, что произошло убийство, а не несчастный случай?

— Потому, что ее нашли в Хидден-Коув. Зачем ей понадобилось идти по той тропе среди ночи? Это же бессмысленно! Чего она там искала?

— Может быть, у нее там было свидание? — осторожно предположила Ханна.

Делл пренебрежительно фыркнул:

— У Кэтлин был свой дом. И машина. С чего ей вздумалось бродить по скалам в Хидден-Коув?

— А если она не хотела, чтобы в городе узнали, с кем она встречается? — возразил Рейф. — Значит, я тут ни при чем. Я не скрывал наших отношений.

Ханна поджала губы и задумалась.

— А если она ни с кем не встречалась? Просто ушла помедитировать?

— Помедитировать? — Делл посмотрел на нее как на помешанную. — Такой чепухой Кэтлин не занималась.

— Каждому необходимо иногда побыть в тишине и подумать о будущем, — настаивала Ханна, пока не заметила, что и Рейф странно поглядывает на нее. Очевидно, ее собеседники не считали, что Кэтлин была способна задумываться о будущем.

— Нет, только не Кэтлин. — Делл отпил содовой и вытер рот запачканным рукавом. — Насчет будущего у нее было все решено и безо всяких медитаций. Вы знаете, что у Кэтлин были большие планы?

Внутренний голос Ханны вдруг подал ей едва слышный сигнал. Они с Рейфом переглянулись и кивнули. Ханна осторожно обратилась к Деллу:

— Почему ты говоришь, что насчет будущего у Кэтлин все было решено?

— Она уже знала, чем займется. Той ночью она звонила мне. — Делл пристально разглядывал свою банку. — Заявила, что этот город ей осточертел. Утром она собиралась уехать, чтобы больше никогда не возвращаться.

— Так ты разговаривал с Кэтлин перед тем, как она погибла? — изумился Рейф.

— Да. Она сама позвонила мне. Разбудила меня. Она была страшно зла на тебя. Сказала, что с нее хватит. Что здесь живут одни неудачники.

— И на какие же средства она собиралась жить? — осведомился Рейф.

Делл глубоко вздохнул и отпил еще глоток, потом медленно поставил банку на стол и уставился вдаль. Казалось, он заново переживает прошлое.

— Она сказала, что воспользуется «ядерным вариантом».

— Что это значит? — удивился Рейф.