Восемь минут до сближения. Десолл перенастроил двигатели, и в считанные минуты Ван ощутил добавочную энергию. Он даже не заметит, думает, это отчаянная уловка кешмарского курьера.

В соответствии с предсказанием Десолла, ревячий фрегат продолжал ускоряться в направлении «Элсина».

Четыре минуты до сближения.

Две минуты.

Внезапно пара торпед покинула ревячий фрегат, две оранжевые линии прочертили наблюдаемый участок, стремительно мчась к «Элсину». Затем ревяки начали крутой переход на полную мощность, достаточно ускоряясь, чтобы Ван по обертоновым частотам заметил — противник на пределе возможного.

Ему не понравилось то, что он увидел. Десолл задал «Элсину» полное ускорение, поворачивая его для преследования ревяк, в то время как ревячьи торпеды продолжали с визгом лететь к «Элсину».

В последний миг Десолл направил всю энергию в их щиты. У Вана открылся рот. О такой способности перенаправлять энергию и гибкости он еще отродясь не слыхал. Обе торпеды вспыхнули, а индикаторы щитов так и не убежали с середины зеленого. Десолл вернул передние щиты к норме, а хвостовые обрезал до минимума. Ускорение вдавило Вана в кресло, когда «Элсин», казалось, прыгнул через наблюдаемый участок к ревякам. У ревяк больше не было лишней энергии, но вторая порция торпед вылетела и понеслась по дуге к «Элсину». Щиты опять приняли мощный поток энергии, и хотя ревяки в один миг слегка подзарядились, то была ничтожная доля мк. Еще через две минуты новые торпеды устремились к «Элсину», они тоже были отброшены. Ван подумал, почему Десолл не использует свои торпеды, но чувствовал, что пожилой командир прекрасно знает, что делает. Ему просто хотелось понять, что именно.

Новая порция торпед, за которой немедленно последовали еще две. На этот раз, во время второй серии детонаций, индикаторы целостности щитов слегка колыхнулись, но лишь слегка. Вскоре обертона двигателей ревячьего фрегата стали еще более прерывистыми, и «Элсин» быстрее пошел ему навстречу.

Ван следил, как Десолл начинает выгибать фотонные сети, во многом подобно тому, как действовал сам Ван против неизвестного крейсера в Скандье. Внезапно Десолл сжал сети и моментально их обрезал, ловко запустив аккумулированную в сетях массу, не попавшую пока во фьюзакторы, в дрогнувших ревяк.

Пущена одна торпеда.

Ван следил через судовые мониторы, в точности понимая, что совершится, зная, что это произойдет, даже если Десолл повернет «Элсин» прочь от ревячьего фрегата.

Сперва сжатый и разогнанный газ и межзвездная пыль ударили в ревячьи щиты с достаточной силой, чтобы те стали янтарными, почти красными. Затем удар единственной торпеды.

Полные щиты, обесчувствливание.

И все наружные мониторы погасли, отрезанные сбросившими заряд щитами. Две минуты спустя Десолл освободил щиты.

Ван оборотной стороной руки вытер испарину со лба. Изучил ИЭВ и мониторы. Не считая ничтожного подъема наружной температуры, почти неопределимого, и, конечно, должного сохраниться на часы, если не на минуты, отсутствовали любые признаки ревенантского фрегата. Десолл тоже вытер влажное лицо. Вы понимаете?

Ван понимал. Мы ограничены по части торпед, учитывая пространство, которое покрываем. Каждая торпеда на счету. Я применил кое-что вроде вашего трюка с сетью. Не вполне как вы. Он все еще размышлял, а было ли необходимо уничтожать ревяк, когда у фрегата отказали двигатели и экраны.

— Вы озадачены, не так ли? — спросил Десолл вслух. — Во всяком случае, должны быть. Почему я просто от них не ушел?

— Да, — признал Ван.

— Что случится, если они доложат, что здесь корабль вроде «Элсина»? В считанные недели нас начнут подстерегать там, куда мы направляемся.