— Директор Альберт? — крикнул космолетчик в каштановом костюме.

— Я.

— Поторопитесь.

Ван прыгнул на сходни, которые даже не коснулись земли. Еще до того, как он вошел в челнок, тот уже стал подниматься, а ко времени, когда он привязался ремнями к одному из роскошных кожаных кресел, уже с визгом взвивался в небеса. Ван был единственным пассажиром.

Ревяки захватывают кельтирские системы? Учитывая то, что творилось в последние несколько лет, это удивило его меньше, чем союз Республики с ревяками. А как там домашние? Не надо ли было их повидать? Эшли только и сказал ему, что дела идут хуже, а то было два с половиной года назад. Письма его отцов подтверждали это. Притом, он замечал, как растет число недоброжелательных упоминаний о Кельтире.

Так почему было так тяжело поверить?

Потому что Ван хотел считать, что РКС и Республика лучше, чем Ревенант? Потому что, не смотря на то, как с ним обращались, он надеялся на лучшее? Опять же, ему стоит спросить себя, может, вся культура Республики хуже, чем он считал, или во что хотел верить?

Ван заставил себя расслабиться, пока идет время. Когда челнок приблизился к Орбитальному Контролю, опять появился космолетчик.

— Шлюз для частных судов близок к вашему кораблю, вам надо торопиться. Они там обсуждают, не закрыть ли Пердью для прилета и вылета. Решение может быть объявлено в любой миг.

— Спасибо, — он кивнул и начал отвязываться. Затем последовал за техником в шлюз и встал в ожидании.

Раздалось приглушенное «бум», когда челнок вошел в отсек Орбитальной, а затем шипение, это выравнивалось давление воздуха. Когда Ван приготовился шагнуть наружу, космолетчик ухмыльнулся.

— Мы все с вами.

Он ответил сперва кивком, затем добавил:

— Спасибо.

С ним лично? Или с ИИС? И в чем? В войне против Ревенанта?

Ван поспешил по коридорам станции к шлюзу чарли 3. Эри опять ждала.

— Мы улетаем немедленно?

— На Аэролис, — он импульсом запер шлюз судна и направился на кокпит. Врываться со всех ног на корабль уже начало входить у него в привычку. — Чтобы взять торпеды и груз, а затем поспешим на свидание с «Элсином» и «Сальей», — Ван помедлил. — Вы слышали о нападении на Кельтир?

— Да. Джозеф связался с кораблем. Совсем недавно.

— Нам нужно выбраться отсюда, прежде чем Коалиция решит заморозить транспорт, — и он скользнул в командирское кресло. Эри рассмеялась.

— Нам нужно поторопиться, но они подождут, пока мы не улетим.

— Потому что они знают ИИС.

— Потому что они знают Тристина, — ответила Эри.

Глава 68

С начала писаной человеческой истории непрерывно шли споры об этике целей и средств. Может ли благое и нравственное разрешение быть итогом средств неэтичных и аморальных? Оправдывает ли цель любые средства? Как будто, все специалисты по этике соглашаются, что, конечно, нет, потому что, во-первых, действия должны быть этичны ради них самих, а во-вторых, потому что скверные средства почти неизбежно приводят к осквернению цели.

Один трудный вопрос обсуждался с этих позиций весьма подробно, и это вопрос о войне. Война есть зло, и все же войны велись с тем, чтобы одолеть или исправить великое зло. Если принять предпосылку знатоков этики, величайшее зло всегда восторжествует, потому что этичная душа не унизится до неэтичного действия, даже если оно предотвратило бы страшное зло. Необходимость такого зла, которым является война против большего зла, принята как необходимый компромисс в практическом отношении. И народ за народом, политическая система за политической системой доходили до крайних пределов, чтобы доказать, что каждая действует только во имя предотвращения более страшного зла, когда начинает войну.