Рагим Джафаров. Его последние дни
Глава 1
– И как вы планировали это сделать? – спросил психиатр. – Азот. – А можете подробнее рассказать? Не могу понять, как именно он реагирует на мои слова. С одной стороны, задает уточняющие вопросы, интересуется, наблюдает за реакцией, с другой – кажется, будто он заранее знает все мои ответы и поэтому скучает. Даже его усы выглядят сонными и поникшими. И в целом – совершенно не ясно, верит он мне или нет. Я почему то представил, что за левым плечом психиатра стоит Станиславский. Наблюдает за моим спектаклем, скрестив руки на груди, и морщится. Не верит. – Баллон очищенного азота и противогаз. Азот, как понимаете, инертный газ и не имеет специфического запаха, а главное – вызывает азотный наркоз. – Я сделал небольшую паузу, как бы задумавшись, но тут же собрался и продолжил: – Если им дышать, он быстро выместит кислород, человек потеряет сознание и через какое то время умрет от асфиксии. – Вы это где то прочитали или… – Заинтересованность доктора все еще не превышала пределы профессионального приличия. – И да и нет. Я довольно долго все это обдумывал. Прикидывал разные варианты, но регулярно возвращался к этой схеме. Несложно и гарантированно, не останешься калекой… – Я умолк и уставился в стол – думаю, еще одна пауза вполне уместна. – Ну и вот. Тринадцать двести. – Тринадцать двести? – не понял психиатр. Заинтересовался наконец то? Может, надо чаще прыгать с темы на тему? Без логичных переходов. Я посмотрел на Станиславского. Он все еще выражал недовольство моей игрой, но все таки вынужден был признать, что прогресс есть. Он покачал ладонью правой руки, как бы говоря: «Более менее». – Можно и дешевле, конечно, но я брал с запасом. Не смог рассчитать соотношение объема легких и объема баллона с азотом, поэтому брал побольше. И покачественнее. – Качество тут имеет значение? – уточнил доктор с очень хорошо скрываемой усмешкой. – Не знаю, а вдруг да? – Тринадцать тысяч двести рублей – это стоимость баллона с азотом, верно? Я медленно помотал головой из стороны в сторону и снова посмотрел на Станиславского. Тот кивнул. Доктор чуть сменил позу, собираясь оглянуться, и я быстро отвел глаза, чтобы не выдать моего помощника. – Баллон, переходник, два метра шланга и противогаз ГП 4. – Я медленно сунул руку во внутренний карман пиджака. Психиатр так и не оглянулся, напротив – внимательно наблюдал за мной. Я старался не встречаться с ним взглядом, мне все время казалось, что он вот вот меня раскусит. И, наверное, станет ругаться, кричать. Наконец моя рука нащупала искомое. В другом кармане. Конечно, это спектакль. Я знал, где лежит чек, и специально устроил эти судорожные поиски. Во время многочисленных репетиций выглядело это достаточно натурально. Растерянные, резкие похлопывания по карманам, торопливый поиск. – Вот. – Я протянул бумажку и глянул на Станиславского, но его так огорчила моя паршивая игра, что он прикрыл глаза рукой. Психиатр взял бумажку, положил перед собой на стол и пробежал взглядом по строкам. – То есть вы даже купили все необходимое? – Да. Все в свободной продаже. С противогазом, правда, пришлось помучиться. Это меня и спасло. – Что вы имеете в виду? – Противогаз с… – Я нахмурился, слово действительно вылетело из головы. – Как это называется?.. – С «хоботом»? – попытался подсказать психиатр. Нас со Станиславским передернуло. Сами вы, доктор, с хоботом. – С гофрой. С гофротрубкой, – уточнил я. – В общем, такие противогазы очень давно не выпускают, и их нужно поискать. |
