Рядом с ванной комнатой в их домике была небольшая каморка, которая служила Уолкерам спальней для гостей. С нарастающим беспокойством Грейс заглянула туда. Комнатка была пуста, кровать заправлена.

– Что за фокусы? – пробормотала Грейс.

Ванная была пуста. Кладовка – тоже. Грейс спустилась даже в подвал, заглянула во все закутки и чуланы. Везде было пусто! Маленькая девочка пропала бесследно!

Грейс схватилась за голову. «Может быть, это грипп играет со мной злую шутку? Может, Ким сказала тебе, что уходит туда-то и туда-то, но из-за своего болезненного состояния ты ничего не услышала? Но я ведь еще не сошла с ума, правда? Я точно помню, что Ким собиралась обертывать учебники. Может быть, она отправилась в родительский дом искать бумагу?… Спокойней, пожалуйста, спокойней, – уговаривала себя Грейс, но ее сердце колотилось все сильнее из-за тревоги. – Нет, ничего страшного случиться не должно. Если бы не те недавние убийства девочек в Кингс-Линне, ты не придала бы этому событию особого значения. Подумаешь, ушла из дома. Раньше Ким всегда гуляла себе преспокойно по громадному участку, и никто не сходил из-за этого с ума».

Но ведь те убийства все-таки произошли! Идиллия кончилась.

Дрожащими руками Грейс набрала телефон хозяйского дома. После долгих, долгих гудков там наконец-то взяли трубку.

– Алло! – отозвался тонкий женский голосок.

– С вами говорит Грейс Уолкер, – привычно зачастила Грейс, – жена управляющего усадьбой. А Ким у вас, в доме?

– Кто-кто это говорит? – переспросил голосок.

Грейс так бы и пристукнула это непонятливое существо на том конце провода!

– Да Грейс Уолкер же! Жена Джека Уолкера, управляющего. Мы живем в домике привратника, у самого выезда с усадьбы…

– Ах, так? Понятно, – ответил голос.

– Ким временно живет у нас. Я заснула на несколько часов, поскольку сильно простужена. А теперь проснулась, глядь – ее нигде нет. Я подумала, может, она пошла в свой дом?

– Нет. Я бы заметила ее.

– А может быть, вы поглядите там, в доме? Он ведь такой большой, и, может быть…

Грейс смешалась.

– Хорошо, я погляжу, – пообещала женщина. – И сразу перезвоню вам.

Продиктовав свой номер, Грейс положила трубку.

«Господи ты боже мой, – лихорадочно думала она. – Мне доверили семилетнего ребенка, а я… А я просто улеглась спать. И спала так крепко, что ничегошеньки не слышала, просто отключилась! Если что-нибудь случится, я себе этого не прощу никогда. Но все-таки не должно было ничего случиться. Нет, не должно! С чего бы это, сама посуди? Зачем сокрушаться раньше времени? Чушь, чепуха. Ничего не случилось. Это все грипп, горячка, именно они сводят тебя с ума».

Чтобы занять себя хоть чем-нибудь, Грейс поставила чайник. Когда она опускала в чашку пакетик шалфея, зазвонил телефон.

– Это Ливия Мур. Мне очень жаль, миссис Уолкер, но Ким нигде нет. Я обошла весь дом.

У Грейс внутри все упало.

– Не может быть! – вырвалось у нее.

– Честное слово! Я заглянула во все углы! – заверила Ливия.

Женщины помолчали.

– Мне… мне очень плохо, – сказала Грейс наконец. – У меня высокая температура. Иначе я не улеглась бы в постель среди бела дня.

– Наверное, она в парке, – предположила Ливия.

– Но ведь уже совсем темно!

– Тем не менее. Девочка может и не чувствовать времени.