– В смысле?

– Казалось, будто он где-то далеко. У него не находилось времени для меня. Для нас… – В голосе его прозвучала грусть, куда более сильная, чем он готов был признать.

– Вы были единственным его ребенком? – спросила я.

– Да.

– Он хотел, чтобы вы пошли по его пути?

– Чейз, сомневаюсь, что его вообще это волновало. – Он нахмурился. – Хотя, может, я и ошибаюсь. Однажды или дважды, еще в детстве, я говорил ему, что если он не найдет инопланетян, я сам отправлюсь на их поиски. Пожалуй, я говорил неправду, но считал, что должен сказать именно это.

– И как он отреагировал?

– Посоветовал держаться от этого подальше. Сказал, что я разобью себе сердце.

Из кухни выглянула Бетти-Энн:

– Бэзил, ты как-то раз говорил мне, что он одобрял твой образ жизни?

Бэзил посмотрел на нее и рассмеялся:

– Собственно говоря, да. За несколько недель до смерти он велел мне не слишком перетруждаться. Я подумывал о карьере врача. – Он снова рассмеялся, на этот раз громче. – Он рассказал мне о тайне жизни.

Алекс наклонился вперед:

– И в чем же она состоит?

– Наслаждайся. Живи сегодняшним днем.

– Удивительно.

– «Купи где-нибудь дом, поселись там и живи на пособие. Наслаждайся тем временем, что у тебя есть. Все остальное по большому счету не имеет значения». Конечно, это лишь пересказ его слов, но именно так он выразился.

Бетти-Энн принесла напитки. Кофе оказался вполне неплохим. В дом просачивался холодный воздух, и я поежилась, обхватив себя руками. Заметив это, Бэзил встал, подбросил в камин еще одно полено, пошевелил в нем кочергой и задернул занавески.

– Так будет лучше, – сказал он.

Алексу явно понравился «Мансон». Попробовав напиток, он что-то записал в блокноте, еще раз отхлебнул из стакана, закрыл блокнот и спроецировал с его помощью голографическое изображение плиты.

– Видели когда-нибудь такое?

– Конечно, – улыбнулся Бэзил. – Она хранилась у отца в кабинете.

– А он рассказывал вам, что это за предмет?

– Он говорил, что эта плита – из древнего поселения где-то в Даме-под-Вуалью. Не помню, где именно.

– Из человеческого поселения?

– Конечно.

– Он так и сказал – человеческого?

Бэзил поскреб бороду.

– Это было давно, – ответил он. – Не помню точно, что отец говорил мне тогда. Но он наверняка прыгал бы до потолка, если бы нашел следы инопланетян. И я не забыл бы об этом.

– Ясно. Спасибо.

– Алекс? – Он поколебался. – Вы… знаете что-то такое, чего не знаю я?

– В общем-то, нет. Мы просто пытаемся все досконально выяснить.

– Что ж… в ней было что-то необычное. В плите.

– Что именно?

– Не знаю точно. Но отец соорудил для нее специальный шкаф. Он не выставлял ее напоказ, как все остальное, и большую часть времени держал под замком. – Бэзил почесал в затылке. – Если честно, я про нее забыл. Это ценная вещь?

– Именно это мы, в числе прочего, и пытаемся выяснить. Ее нашли в Риндервуде, в саду нынешней владелицы дома.

– Нашего дома?

– Да.

– В саду?

– Да.

Бэзил покачал головой:

– Не понимаю.

– Когда вы видели плиту в последний раз, она была в шкафу?

– Да.

– Давно ли она появилась у вашего отца? Не знаете?

– Не думаю, что очень давно.