А уж мне-то как интересно. То, что он и есть хозяин, давно мог бы и сам догадаться.

Вообще история потерянных воспоминаний оказалась гораздо сложнее, чем я себе представлял. Придётся искать правду и ловить тех, кто попытался вмешаться в мою жизнь. Хорошо, если мои желания не войдут в противоречие со служебной необходимостью.

Совместными усилиями после неудачной попытки удалось захватить двух участников событий. Взяли ту самую девицу из бара и вертлявого парня. Он там выполнял те же функции, что и девица, но для других клиентов, с необычными пристрастиями. Только вот беда: все импланты у них исключали внешнее влияние. Социальные чипы или отсутствовали изначально, или оказались удалены.

Арестованными занимались специальные сотрудники, но толку чуть. Ничего полезного мне не сообщили. Требовались советы бывалого человека, и обратился я к Суину Кибату, с которым время от времени приходилось взаимодействовать.

Мы сидели в нашем офисном кафе и тоскливо разглядывали порции. В последнее время ассортимент нашего внутреннего заведения заметно сократился. Я рассказал о трудностях, тем более что мы вместе наблюдали работу группы захвата и Суин имел прямое отношение к раскрутке моего дела.

— Мне одному кажется, — спросил я, — что кормить здесь стали сильно хуже, чем раньше?

— Не одному, — печально подтвердил приятель. — Всем остальным — тоже. Финансирование сократили, снабжение урезали. А ты не знал?

— Нет. А это в связи с чем?

Суин пожал плечами.

— Общий тренд Администрации на сокращение расходов. Ты же знаешь, что сейчас происходит? Знаешь. После тех атак и диверсий всё стало намного жёстче.

— А у меня, понимаешь, затык образовался. Ничего не присоветуешь?

— В чём проблема?

— Взяли двух субчиков из новой банды, о которой прежде никто не слышал. Те ещё персонажи. Сами они явно что-то знают, но молчат. Прямых доказательств нет, лишь косвенные. Надо как-то надавить, только вот как?

— Это не твоя забота.

— Знаю, — кивнул я. — Но те, чья это забота, успеха пока не добились.

Суин нехотя признался:

— Ничего удивительного. После того как уволилась мисс Лин Чжуан, был момент, когда долго никого не находилось на такую работу. Вот она умела информацию из кого угодно вытряхивать. Сейчас такими вещами занимается леди Марго фон Сенс. Это жесть. Чтобы твоих арестованных ей поручили, отдельное решение руководства нужно.

— Сэра Скиннера?

— А то кого же? Его, конечно.

— Что так? — удивился я. Обычно разными мелкими вопросами шеф не интересовался, спихивал их на подчинённых.

— Знаешь, я тут не первый год, — неохотно начал объяснять Суин. — Всякого насмотрелся. Но даже мне бывает тошно за поступками леди Марго наблюдать. Иногда приходится.

— А что с ней не так? Я вообще-то не в курсе.

— Не слишком много потерял. Вероятно, берегут твою нежную психику.

— Кто бережёт? Как-то не замечал.

— Погляди, если так хочется, — неохотно произнёс Суин. — Мар только рада будет.

— Леди Марго? Она что, болевые воздействия при допросе использует?

— Иногда — да, но не всегда. Тут другое. Болевое воздействие на допрашиваемого даёт неточную информацию. Это не просто неэффективно — это непродуктивно. Если применять грубую силу и работать неправомерно, мы можем получить искажённые данные.