Разница в уровнях могущества была так велика, что никакое заклинание первого круга не смогло бы даже поцарапать шкуру дракона. Но не в случае Ампутатора! Эта магия воздействовала на ментальное тело, а не на материю. Пройдя сквозь чешую, полу-медицинское заклинание перерубило две трети энергоканалов. Но Хранитель остался жив!

Мифическое чудовище просто сбилось с шага, всего на секунду потеряв контроль над телом и магией. Секунду! Которую Круциан-Лебовски ждал с занесенным наготове якорем. Удар пространственного лезвия рассек шею дракона по диагонали, отделив голову от тела. Однако даже это не убило Хранителя!

Открыв пасть, мифическая тварь произнесла еще одно заклинание. Её разрубленное тело начало выпускать наружу угольно-черную ауру, пожирающую свет и ману вокруг.

Еще один взмах оружия Круциана и череп дракарокса разносится в клочья. Княжич не стал больше рисковать, вложив все остатки маны в заклинание пространственного взрыва.

Хранитель печати мертв.

* * *

Бросив оружие на пол, Костас бежал к туше мертвого дракона. К бездыханному телу Кощея уже подошел Горбач и еле стоящий на ногах княжич. Целитель был весь изранен, но жив. А вот его пациент, главный герой смертельного боя, не подавал больше признаков жизни. Сердце не бьется, ауры и ментата нет. От черной ауры дракона плоть сгорела до костей.

— Татуировка! — заорал Костас, даже не добежав до места боя. — Восстановите татуировку!

Горбач поднялся на ноги, смотря на то что осталось от Кощея.

— Тут уже ничем не поможешь, — целитель перевел взгляд на подбежавшего богатыря.

— Да, говорю же вам! Восстановите татуировку. И кулон. — Костас заозирался по сторонам. — Кулон! Найдите кулон Кощея.

Княжич устало посмотрел на бушующего пехотинца.

— Молодой человек…

— Нет! Даже и не думай этого произносить, — Костас ткнул пальцем в адмирала. — Не вздумай! Татуировка. Восстановите. Чертову. Татуировку у него на сердце. Плевать на руки, ноги или голову. Татуировка! Восстановите ее.

Костас, как завороженный, повторял одни и те же слова. Почуяв чей-то пристальный взгляд, княжич обернулся. Та самая крыса, что изменила ход боя, стояла в десятке метров от него. Стояла, смотрела и взгляд ее был настолько пронизывающим, что сын императора ощутил, как по спине забегали мурашки животного ужаса.

Крыса его оценивала.

Наблюдала за тем, как Круциан себя поведет.

И как опытный маг-менталист, княжич вдруг ощутил, что в глазах этого странного создания, он стремительно падает на уровень того же дерьма, что и лежащий неподалеку дракон. Под ногами у крысы был тот самый кулон Кощея.

— Татуировка! Восстановите татуировку! — Костас тряс Горбача и явно находился не в себе.

— Да, какая, к щерту, татуировка?! Ты, увалень, объем поврежденных тканей на теле видал? — целитель указал на обугленный труп. — Тут махия седьмого круга, и то, вряд ли справится! А у меня всего-то пятый.

Подбежавшая к полю боя Эша сняла с шеи амулет и, не задумываясь, протянула к целителю.

— Возьмите! В нем есть немного эссенции жизни, — светлоликая тоже выглядела так, словно находится в трансе. — Это должно помочь. Восстановите татуировку!

У почуявшего неладное Горбача задергался глаз. Обернувшись к княжичу в поисках поддержки, получил лишь утвердительный кивок. Хрень тут какая-то творится. Ибо Круциан поднимал с пола амулет Кощея и явно тоже вступил в этот клуб безумцев.

Горбач открыл рот и сразу закрыл, боясь говорить правду. Но потом все же сказал.

— Шош с вами такое?! Даже с усилением от эссенции жизни, я не восстановлю ТАКИЕ повреждения.

— Эссенция — эссенция — эссенция! — богатырь взглядом обшаривал поле боя, что-то ища.