Где-то на нижних уровнях шло нездоровое шевеление.

— Боссы локации? Это что еще за дележка территории?

Обе матерые твари почуяли кольцо поиска и стали вести себя еще более агрессивно. Хорошо, что нас разделяло большое расстояние. А то бед с таким противником не оберешься.

Я уже собрался было прикрыть гермодвери в убежища, чтобы дождаться остальных, но Драмина юркнула внутрь и начала расстреливать тварей. Пришлось силой затащить ее обратно.

— Дура, у нас патроны под пистолеты на исходе!

— Отстань! — девушка сбросила с себя мою руку. — Ты мне не…

— Отец? — в моем голосе столько стали, что девушка отшатывается. — Хочешь я буду тебе звонить на мобильный? Переживать за твой прекрасный зад во время рейдов в Подземельях?

Драмина молчит, а я делаю шаг к ней.

— Я же спросил тебя. Ради чего ты хочешь пострелять. Ради команды или ради себя? Если так хочется умереть, я открою тебе гермодвери, дам патронов и иди стреляй. Я же, с командой, хочу зайти дальше, чем холл убежища.

Пока я давил конфликт в зародыше, Лука и Ардент прикрыли гермодвери и стали расстаскивать трупы. А то тут становится сложно ходить из-за разбросанных по полу тел.

Пока ждали вторую группу, успели сделать шесть вылазок в холл и тайком перебить примерно треть Зараженных, что там кучковались. Приходилось работать из четырех стволов сразу, так как Драмина одна со всеми уже не справлялась.

Через четыре часа светящийся от радости грузин привел нашу вторую группу. Они тащили с собой аж четыре магазинных тележки, обложенных изнутри бумажными коробками с гайками и шурупами. Это для усиления поражающего фактора. Сама взрывчатка стояла внутри тележек в белых пластиковых канистрах литров по десять.

Я прикрыл лицо руками.

— Кащей, мы сдэлали, — Таракс указала рукой на Ганса. — Он памагал. Больше ста тридцати килограмм палучилась. Мощь, как тратил.

— Господи, скажи мне, — Обратился я к фейерверкеру. — Как запрос на сорок килограмм взрывчатки превратился в сто тридцать?

— Нэ-нэ-нэ. Ты не понимаешь! — Таракс гневно топнул ногой и сразу указал на бетонное основание. — Военный марка. Слышком прочно. Можно делать сильных взрыв. Ничего нэ рухнэт.

А, черт с ним! Пусть бабахнет по полной. Перекусив перед боем, команда распределила между собой оставшееся оружие. В Тальзеуре стрелять умеют все! Женщины, дети, старики. Все, кроме меня.

Стоя у закрытых гермоворот, команда в последний раз проверила свою экипировку.

— Напоминаю план. Мы зачищаем холл первого этажа от Зараженных так, чтобы у нас оставался путь к отступлению в этот тоннель. Когда дойдем до холл-галареи…

Видя непонимание на лицах соратников, я пояснил.

— Там как в вагоне Города-Поезда. С верхнего этажа можно увидеть самый нижний. Вот в этот воздушный колодец мы и сбросим бомбы. Детонатор останется у того, кто будет следить за падением у перил. Остальные отступают. На этом этапе, все, кто хочет, могут покинуть испытание. Я спущусь вниз, к жилой корпус Зетта.

Ардент вздохнул и перекрестился.

— Кощей, там гнездо!

— Знаю.

Вояка кивает на оружие.

— Наши 117-е пукалики, против тварей 30+, что слону дробина.

— Знаю, но у меня там дело.

Люци закатил глаза.

— Кощей, даже тихоня Нури знает про твое дело. Там гарантированно лежит Ключ от Подземелья. А то и несколько. Мы же всё-таки в экспедиции, а не на праздник пришли.

— Мне нужен не Ключ, а сам босс. Точнее, один из двух. — Лица у собравшихся вытянулись от удивления. — Что? Там точно два босса.