Найдя глазами Кощея, ректор усмехнулась. Крыса сидела на его плече.

«За каждый найденный Ключ вам полагается солидная награда. На первое время хватит. А потом, когда для развития техники потребуется доступ к Источникам маны в Академии, мы с тобой личнои познакомимся».

Началась церемония приветствия для студентов-первокурсников и их распределение в студгородке. Люди собрались взрослые, некоторые даже семейные. Таких в одну комнату с незнакомцем не поселишь. Поэтому направляли по три команды в один трёхэтажный пансионат, по старинке называя их так же, как Система. Костас-4, Ардент-38, Урсула-1 и так далее. Таким образом получалось, что студенты будут жить в комнатах на одного или двух человек. А в здании одновременно находится не более пятидесяти человек. Общие кухни и ванные комнаты помогут членам команды лучше узнать друг друга.

Будь это не Академия Магии, а просто военная, студентов селили бы в тесных комнатах на четырёх, чтобы те сразу привыкали к армейской жизни. Но Одарённые так жить не станут. Хватит и бунта магов в Евросоюзе пятьдесят лет назад. В некоторых районах там до сих пор не могут снять порчу с пахотных земель, а Башня Магии отказывает некоторым странам в праве открывать свои Школы и Академии.

Одну шпильку за погрызенный блокнот Дарья Кощею всё-таки вставила. Она на первые сутки не стала убирать предателя Ганса из команды, как того требовал протокол.

— Покажи мне, Кощей, как же ты теперь собираешься выкрутиться?!

Глава 7. Преступление и наказание

Открыв холодильник, протягиваю руку.

— Нам две бутылки вина и пива на всех.

Продрогший до костей Ганс кривой походкой плетётся к стеллажам с алкоголем. Белокурые волосы покрылись инеем. Уже седьмой час тут сидит.

Не дожидаясь алкоголя, закрываю дверь. Под магический холодильник в пансионате выделена целая комната. Там и свежие продукты, и готовая еда. Баба Марья и её семья готовят еду на полсотни человек. Без огромного холодильника на каждом этаже, им не прокормить ораву в сотни человек.

Доставший из сумки оружие Ардент смотрит на меня с удивлением.

— Шеф, а бухло где? — вояка опускает взгляд на мои пустые руки. — Не-не-не. Нельзя так! Мы через бой без потерь прошли. Ты так, считай, своей Тальзеурской девственности лишился.

Драмина согласно кивает и хлопает глазками, будто ничего не понимает. Не прошло и пары часов с заселения, как она из брутального вида девицы превратилась в дивной красоты женщину. Зелёное платье, длинная шпилька в волосах, одуряющий запах духов и ожерелье. Простое, обычный жемчуг, но внимание к пышному декольте всё равно привлекает. Драми, чертовка, оказывается, умеет себя подать!

— Шеф, может, хватит с него? — девушка кивает на холодильник.

— Нэлзя! Щакал четырнАдцать уравнэй в адно… лэцо палучил, — уже наклюкавшийся вперёд всех Таракс кое-как сидит на стуле. — Шэф правильный. Умный. Дэлаем как он скажет. Урок эму нужэн.

Поворачиваюсь к притихшей Нури. Индианка молчит, взгляд в пол, на лице никаких эмоций. Ганс уже отбывает своё наказание за предательство. А она ещё нет. Знает, зараза, что я все её эмоции чую.

— Не ошибается только тот, кто ничего не делает, — обращаюсь я к девушке. — Так что хватит строить из себя невинную овечку. Ты не чувствуешь вины за то, что закрыла дверь перед Люци. Но подумай на будущее о такой штуке как доверие в команде. В следующей раз может случится так, что Люци будет на твоём месте. И он закроет дверь. Не потому что он такой же эгоист, как ты. А из мести. Теперь, будь добра, поищи термостат холодильника и добавь Гансу ещё тридцать градусов холода. А то он там всё ещё больно резво передвигается.