На Пасху стояла изумительная погода, идеальная для праздников. Но Ребер сидел дома, чересчур много пил, смотрел в стену и размышлял. И чем чаще он вспоминал февральские события, тем больше деталей приходило ему в голову. Ведь синеволосая девушка разговаривала в баре с мужчиной в зеленой куртке. И сказала, что это журналист, которому она хочет продать историю про инопланетян, которых искал профессор Шмидт. Может быть, она договорилась о встрече с ним. Дала ему свой адрес. Может, это и был тот самый «человек в зеленой куртке».

Журналист. Возможно, он перезванивал профессору, чтобы подтвердить ее историю?..

Мысль о том, что все эти события как-то связаны между собой, не давала Реберу спать. Он с трудом продержался до конца выходных и в понедельник утром позвонил в Берлин. Но голос новой секретарши сдержанно уведомил его:

— Профессор Шмидт в отпуске до конца недели.

— А не могли бы вы дать мне его домашний номер? У меня очень срочное и важное дело. — Еще до того, как секретарша ответила, Ребер понял, что она ни в коем случае не сообщит ему номер телефона Шмидта. — А лучше, не могли бы вы ему кое-что передать?

— Раз уж вы так настаиваете.

— Передайте ему, пожалуйста, что я знаю, кто новый инопланетянин. И чтобы он мне перезвонил.

В трубке послышался многозначительный вздох. Очевидно, девушка подумала, что он спятил.

— Послушайте, у меня нет времени на ваши глупые шуточки…

— Это такой код, — быстро добавил Ребер. — Он поймет, что имеется в виду. Это на самом деле очень, очень важно — и для него тоже.

— Инопланетяне?

— Просто кодовое слово. Передайте ему, и он вам будет благодарен, я вам это гарантирую.

Она, наверное, на самом деле дорожила своим местом. В любом случае, тем же вечером зазвонил телефон, и знакомый голос его научного руководителя осведомился, в чем дело.

— Вы ищете человека, который вышел из комы и с тех пор считает, что он инопланетянин? — спросил Ребер. — Я знаю этого человека.

— Откуда вы взяли, что я ищу такого человека?

— Ваша бывшая секретарша рассказала мне об этом, когда я приходил к вам в декабре. Покойная, — как я недавно узнал, — Вера Фельдхаймер.

— М-да… — Глубокий вздох. — Грустная история. — Профессор замешкался. — Я правильно предполагаю, что этот человек — один из ваших пациентов?

Ребер покачал головой — бессмысленный жест во время разговора по телефону.

— Сначала расскажите мне, в чем дело. Почему вы его ищете? Всю историю.

Эвелин в шоке смотрела на человека, за которого согласилась выйти замуж. Бернхард все знал! Совершенно спокойно он рассказывал ей, что произошло, — со всеми подробностями.

— Читать мысли? — переспросила она после того, как он закончил. — Значит, ты можешь читать мысли?

— Я не совсем уверен, — объяснил он. — Возможно, что о… другом мужчине я догадался как-то подсознательно. Что это какая-нибудь шизофреническая реакция. Но если окажется, что Вольфганг и его друзья действительно что-то запланировали на третье июня, то об этом я никак не мог узнать другим путем. Это станет доказательством.

Бернхард посмотрел на Эвелин. Его взор был полон боли.

Даже не умея читать его мысли, она знала, о чем он ее попросит.