— Ничего себе, — в третий раз сказала Лена, потом добавила. — Никогда бы не подумала.

— Я тоже не поверила. Думала, Алла ошиблась, спутала его…

Школу наполнил звонок, возвещавший конец большой перемены. Яна скривилась, ругнулась, пожелав мерзкому устройству не дожить до завтрашнего дня. Когда трель иссякла, сказала:

— Не спеши ты так, успеем, — она двинулась следом за Леной, опасавшейся опоздать на урок. — В общем, думала, что Алла Андрея с кем-то перепутала. Пока вчера сама его не увидела «в деле».

— Кто бы мог подумать, — пробормотала на ходу Лена. — И ведь вчера даже не суббота была.

Яна незаметно усмехнулась. Не суббота! Как будто это имеет какое-то значение.

— Если б и суббота, так что?

— Ну, в субботу… Я бы еще поняла, если б в субботу. Мало ли бывает? Может, праздник какой был.

— Какой праздник? — возразила Яна. — Просто Андрей, которого в нашем классе почему-то начинают обожать, на самом деле наглый мужлан, каких свет не видывал. Наглый и помешанный на сексе с малолетками.

Они уже подходили к кабинету химии, куда неторопливо заходили их одноклассники, и Яна решила, что не помешает последний удар:

— Не удивлюсь, если он начнет приставать к кому-нибудь из наших одноклассниц.

3.

Последний урок в 11 «А» в этой четверти подходил к концу. Через пару дней начинаются весенние каникулы. Для старшеклассников они последние перед выпускными экзаменами.

При этой мысли Андрей испытал облегчение. На полторы недели он с учениками разбежится в разные стороны и при этом, конечно, не будет видеть Ковалевскую. Возможно, перерыв пойдет ей на пользу. Все забудется, и она станет смотреть на него, как на учителя, ни больше, ни меньше.

Весь урок Ковалевская по-прежнему смотрела на него, словно ничего и не было между ними несколько дней назад. Почему-то Андрею казалось, что она постоянно сдерживает ухмылочку, в которую жаждет расплыться ее смазливая физиономия. Она не выглядела сконфуженной, наоборот вела себя так, словно это он ее домогался и получил отпор. Казалось, она что-то знает, чего не знает он.

Несколько раз Андрей пытался посмотреть ей в глаза, показать, что полностью игнорирует ее, как девушку, и смотрит, как на ученицу. Но в поединке взглядов победа не могла быть на его стороне. Хотя бы потому, что направление его взгляда видели все, за Ковалевской же не следил никто.

В двух других выпускных классах Андрей подобного дискомфорта не испытывал. Там не было человека подобного Ковалевской. Со стороны это могло бы показаться смешным: беспокойство из-за какой-то девицы. Подумаешь, подошла и пригласила к себе домой! В действительности все было не так просто. Андрей еще не достаточно изучил Ковалевскую, но уже понимал, что в некотором роде эта девушка уникальна. Сплав сильного для ее возраста и пола интеллекта, энергии и самолюбия. Не просто умна, можно сказать, опытна, как взрослая женщина. Энергия такова, что ей легко подавлять большинство одноклассников, даже мальчишек. И самомнение простирается настолько далеко, что становится ясно: эта дамочка личную обиду так не оставит. Вывернется наизнанку, но не оставит.

И то, что своим отказом Андрей невольно нанес ей оскорбление, сомнений у него не вызывает. Иначе к чему был тот звонок с ультиматумом? Всего лишь порыв несдержанной девчонки?

Сейчас, мельком поглядывая на Ковалевскую и вспоминая ее отнюдь не истеричные угрозы, Андрей так не думал.