К тому времени мне удалось отыскать неплохую работу по специальности, но и там я сохранял одиночество. Жизнь казалась какой-то серой и скучной. Не знаю, являлось ли моё тогдашнее состояние депрессией или чем-то иным, но закономерность была простой: чем меньше делал, тем хуже получалось. Чем меньше общался, тем скучнее казалось всё окружающее. Зато мне становилось лучше, когда я заставлял себя быть активным, но не в профессиональном плане, а в бытовом. Например, шёл прогуляться, пытался немного прибраться дома, стремился выйти куда-нибудь в Город, поболтать с кем-нибудь в чате. Делалось хуже, когда я просто лежал на диване и тупо скролил телефон. Чем больше замыкался, тем сложнее становилось хоть что-то начинать.

Тогда я пытался разорвать этот круг с помощью структурированного распорядка. Утром выходил на прогулку, даже если шёл дождь, снег или совсем не хотелось. Старался начать день с движения. Вставать в определённое время, чистить зубы, готовить завтрак, принимать душ, ехать в офис наиболее затейливым путём. Можно было почти радоваться, что получалось делать хоть что-то для заботы о себе. Это действительно помогало, но слабо и недолго. В некоторые дни мне казалось, что я даже не в своём теле. Будто наблюдал за своей жизнью откуда-то немного со стороны. Говорил что-то, кивал в нужные моменты, смеялся, когда люди этого от меня ждали, но ничего из этого не достигало цели.

С первых дней на этой работе я даже не думал о том, как выгляжу. Лето, жара – ну в чём ещё ходить, если не в джинсах и футболке? Через пару дней кто-то из коллег спросил с улыбкой: «А чего это ты одет не по форме?» Тут я огляделся и понял: все в рубашках, брюках, некоторые даже в пиджаках и галстуках. Ответил, что мне так удобно и о каких-то правилах ничего не знаю. Интересно, что потом ребята потихоньку стали переходить на мой стиль. А после выяснилось, что дресс-код тут сотрудники сами выдумали – руководству было глубоко по фигу, во что мы одеты и как. Вот так негласная традиция развалилась из-за моих джинсов.

А потом при помощи моего тогдашнего руководителя меня забросили вот сюда, в этот насквозь технократический мир. В этот сумасшедший Город, будто срисованный с киберпанковской видеоигры или с какого-нибудь будоражащего мозг фильма в стиле Роберта Родригеса.

Здесь я стал другим.

Вначале было тяжеловато, даже когда освоил здешний язык и местные реалии.

Только представьте.

Вот я, вчерашний студент, молодой специалист из обычного спального района, где максимум экстрима – гонка за утренним автобусом или вызов к начальнику. А теперь я уже здесь: в Городе, где неон режет глаза, а воздух на нижнем уровне пахнет жжёной проводкой и дождём, когда он есть. Я жмусь к стене какого-то заведения, где вывеска мигает будто в припадке, а мимо шастают типы в чёрных кожаных плащах с проводами на шее вместо вен. У одного – глаза-камеры, у другого руки блестят металлом, и я не понимаю, что это: протезы или модные аксессуары.

Я трогаю свою кожу – настоящую, без портов для зарядки – и думаю: «Блин, у меня даже подлинного айфона никогда не было, а тут у людей мозги напрямую подключены к облаку».