— Из Плантагенетов не осталось в живых никого, — напомнила ему Елизавета. — Мой отец их всех истребил... Что же касается моего преемника, неужели шотландская королева вас так пугает? Она и есть моя наследница!

   — Кроме неё, на престол претендует Кэтрин Грей, а также молодой Дарнли.

   — Кэтрин Грей не под силу править даже свиным хлевом, и вам это хорошо известно. Что же касается Дарнли... это дурак и пьяница! Господи, Сесил, и как вам такое в голову взбрело! Послушайте-ка меня. Вы мой друг, и я вас люблю; а вы меня тоже любите, разве не так?

   — Вам известно, что это так, — ответил он.

Она подошла, села рядом с ним и положила руки ему на рукав.

   — Я не боюсь за себя. Я не боюсь ни иностранного вторжения, ни покушения; при необходимости я готова рискнуть головой. Но я боюсь гражданской войны: кровопролития, раскола в стране и всех последствий человеческой алчности. Я не навлеку всего этого на свой народ, а если я назову своего наследника, результат будет именно таков. Неужели вы думаете, что Кэтрин Грей, Мария Стюарт или кто-либо ещё согласятся подождать моей смерти, чтобы предъявить свои претензии на английский престол? Неужели вы так же глупы, как эти болваны в палате общин, что опасаетесь гражданской войны после того, как я умру, и предлагаете мне верное средство начать её прямо сейчас, когда я жива?

   — Так вступите в брак! — воскликнул он. — Выберите себе мужа! Во имя всего святого, выберите хоть Дадли, но выйдите замуж, родите ребёнка и покончите со всем этим!

   — Может, так оно и будет, — сказала она, но при этом отвернулась в сторону. — Мне это всегда было не по вкусу. Я насмотрелась на браки своего отца... Чем дальше, тем меньше мне всё это нравится. Но если я сумею себя заставить, то пойду на это. Если другого пути нет...

   — Вы станете счастливее, — с убеждённостью в голосе сказал Сесил. — Рядом будет кто-то, с кем вы будете делить своё бремя.

   — Моё бремя мне нравится, — ответила Елизавета. — Меня оно не тяготит. Меньше всего на свете я хочу его с кем-нибудь делить. Сесил, как-то раз три года назад я уже объясняла вам, что мне не требуется помощь мужчин в деле управления страной. Мне нужны вы, Сассекс и остальные, но это нечто совсем иное. Мы отлично работаем вместе, в нашем кругу царит доверие и доброжелательность. Между мужем и женой такого не может быть. Соправителей на свете не бывает, государством всегда правит только один. И этот один — я. Что касается Дадли, то, если вы предложили мне выйти замуж за него, я сочувствую вашему отчаянию, но предпочитаю, чтобы он сохранял своё нынешнее положение.

   — Нам не видать покоя, пока по другую сторону шотландской границы на троне сидит Мария Стюарт, а английский престол защищает лишь ваша жизнь. В Англию вторгнутся французские, испанские или какие-нибудь ещё войска, в зависимости от того, с каким королём она вступит в брак, и ваша политика уклонения от войны потерпит фиаско.

   — Я об этом думала, — ответила Елизавета. — К вашему сведению, это занимает едва ли не все мои мысли. И вот вам ответ. Мой брак может подождать, се, по-видимому, нет; она ведёт переговоры со столькими мужчинами одновременно, что меня это вгоняет в краску! Если выдать её замуж за того, кто нам нужен, друг мой, то наша проблема, возможно, решится сама собой.