Моей задачей было создать базу для производства коптеров. Дроны – вот где золотая жила, особенно если удастся убедить в их полезности военных. Здесь я собирался внаглую использовать Тихомирова, ибо должен же я получать какой-то профит от своей связи с конторой глубокого бурения. К тому же это действительно будет на пользу всем, ибо дроны и беспилотники – это действительно будущее военного дела.

Наметив план работ, я cкомканно попрощался с Александром Сергеевичем и Михой и рванул на тренировку. Благо спортивную форму с собой не надо было тащить или заходить за ней домой. И то я едва успел, влетев в раздевалку как заполошный и последним встав в строй. Но уложился тютелька в тютельку, так что остался без замечания. Галкина с шестерками не было, что меня, с одной стороны, порадовало и огорчило с другой. Если до этого папаня уродца мог махнуть рукой, мол, детишки резвятся, то сейчас он однозначно затаил зло.

Было глупо не догадаться, что в таких вот закрытых спортивных секциях, клубах и прочем куются социальные связи будущих хозяев жизни. А что мои товарищи из весьма непростых семей, я мог сделать вывод по Софии и тому же Галкину. Из них выбивался лишь Шило, но и то тут еще надо было поглядеть. С одной стороны, он был весь из себя блатной, но от меня не укрылась наигранность его поведения. Нет, он явно был знаком с криминалом, но, скорее всего, лишь немного, причем явно не с гопниками или ворами, а с барыгами. На это же прямо указывало его предложение достать что угодно.

Насколько я уже понял, в этом СССР не было такого глобального дефицита товаров, что любую мелочь приходилось доставать по блату. Кооперативы, артели и частное производство сделали свое дело и насытили рынок всем необходимым. Но все же оставалась ниша, так сказать, премиум-сегмента. Товаров, привезенных из-за границы, из капиталистических стран, куда простому советскому человеку ходу не было. Зуб даю, родственники Шила на этом и подвизались, возможно, даже вполне официально, через торгпредство. Но и налево явно приторговывали, причем под присмотром КГБ. Иначе пацан никогда не попал бы сюда.

Про остальных я выводов пока не сделал, но и видел их всего второй раз в жизни. Думаю, у нас еще будет время познакомиться и пообщаться. А вот Тихомирову, который, по сути, дал мне путевку в жизнь, устроив в эту секцию, стоило поставить бутылку хорошего коньяка. Хотя… была у меня одна мысль, которая могла помочь ему с карьерой. Думаю, это будет даже лучше алкоголя. Наметив проверить кое-что перед разговором, я выкинул лишние мысли из головы, уставившись на тренера.

– Сегодня работаем, как обычно. Разомнемся и будем отрабатывать бег по пересеченной местности. Не зря же для вас вон сколько всего придумали. – Михалыч окинул нас веселым взглядом. – Ну а под конец повеселимся. Устроим небольшой спарринг. По две минуты на раунд, по олимпийской системе.

– Ага, обхохочешься, – буркнул я, вспоминая, как меня в прошлый раз отделали.

– Чего говоришь, Чеботарев? – услышал мой шепот Выгорский. – Хочешь бегать в утяжелителях? Нет преграды энтузиастам! Бери пока двухкилограммовые, если будет мало, подкинем еще. Ну, чего встал, тебя одного ждем!

Ребята смотрели скорее сочувственно, чем сердито. Одна Сикорская жгла взглядом, но ее раздражал скорее сам факт моего присутствия, чем вынужденная задержка. А еще порадовало, что никто не спросил о пропавшем Галкине и его шестерках. Видать, их не слишком уважали, впрочем, это я еще в первый раз понял, по слегка брезгливому отношению.