Воды гавани не расступились, они замерзали, точнее, льдом покрывалась узкая, от десяти до пятнадцати футов в ширину, дорожка, протянувшаяся на юго-запад через Нью-Йоркскую гавань.

Паоло тяжело дышал, пар клубился в холодном зимнем воздухе. Его бил озноб. Из покрасневших глаз потекли слезы. Мужчина обернулся и зашагал обратно к берегу. Заплаканная жена приняла у него кричащего сына и завернула в сухое одеяльце.

— Паоло! Как ты смог?

— Я уверовал.

Дэвид и Панкай переглянулись, не зная, что дальше делать.

Тибетский монах схватил обоих мужчин за руки, возвращая их к действительности.

— Не пытайтесь понять чудо, — сказал он. — Уводите всех! Скорее!

— Возьмите Гави, а я займусь остальными! — распорядился Дэвид Кантор.

Он побежал к школьному автобусу будить детей, а Панкай и Маниша помогли Дон и Гави взобраться на ледяной мост, который немного просел под тяжестью, но все же казался вполне надежным.

Дети выбегали из школьного автобуса и спешили к кромке воды.

Мимо них на расстоянии мили пролетели три военных вертолета.

— Быстрее! Быстрее! Не мешкайте! Нам надо спешить!

Дэвид и Маркиз Джексон-Хорн передавали детей Панкаю и Манише. Держась за руки, они выстроились в цепочку, во главе которой шли Паоло и Франческа. Двигались быстро. Ученики средних классов и бывшие секс-рабыни помогали младшим удерживать равновесие и не поскользнуться на льду. Дэвид взобрался на ледяной мост, чтобы присоединиться к дочери.

Старейшина остановил Маркиза.

— Пришло время выбирать, как жить дальше, — сказал он бывшему главарю банды.

Его младшая сестра утвердительно кивнула.

Сунув руку за пояс, Маркиз Джексон-Хорн извлек девятимиллиметровый пистолет и выбросил его в воды гавани. Парень зашагал по льду вслед за сестрой.

Старейшина замыкал шествие.

Шеридан Эрнстмайер колебалась. Когда цепочка из тридцати шести мужчин, женщин, младенца и детей отдалилась на тридцать ярдов от берега, она все же решилась сделать первый осторожный шаг по замерзшей поверхности реки.

— Чушь собачья, — прошептала она.

Впереди Паоло и Франческа шаркали ногами по льду, словно скользили по поверхности. Остров Свободы оставался меньше чем в четверти мили впереди. От ледяного моста поднимался молочно-белый туман, скрывая из вида статую. Туман защищал тех, кто принял участие в исходе с Манхэттена, скрывая их от теплочувствительных сенсоров «Жнецов».

Паоло неотрывно смотрел себе под ноги. Итальянец продвигался вперед и видел, что ледяной мост становится все длиннее и прочнее. Внезапно мужчина почувствовал пронизывающий до костей холод. Он задрожал всем телом. Посмотрев вправо, он увидел, как из тумана выступила темная фигура и застыла на краю ледяного моста, словно часовой.

Облаченный в черный плащ с капюшоном Ангел Смерти стоял на краю замершей полосы воды и левой костлявой рукой сжимал держак косы. Движением руки он, словно регулировщик, дал знак следовать дальше.

Паоло отвернулся от темной фигуры, крепче сжал протез и повел процессию мимо Ангела Смерти.

— Продолжайте идти! Смотрите себе под ноги! Не оглядывайтесь по сторонам! — прокричал он.

Не послушавшись Паоло, Дон посмотрела на Мрачного Жнеца и улыбнулась.

— Спасибо, Патрик.

Глаза Дэвида Кантора округлились от удивления. Старейшина поторопил бывшего военврача и его дочь. Сам он, хотя и чувствовал присутствие потустороннего гостя, даже не посмотрел в его сторону.

Шеридан Эрнстмайер не замечала Мрачного Жреца, пока не столкнулась с ним нос к носу.

— Какого черта? Ты кто?

Ангел Смерти улыбнулся, и лед под ногами убийцы раскололся.