Кэрис, наоборот, был, как всегда, слегка развязен, шумлив, однако вежлив и деловит. Эти четыре, казалось бы, несовместимых манеры поведения идеально сочетались в образе вельха и делали его настолько неповторимым и оригинальным, что он неизменно вызывал симпатию. Даже Энарек, самый разумный и обстоятельный из придворных Даманхура, по-доброму улыбался углом рта, глядя на дикаря с полуночи. Вдобавок помянутый дикарь быстро сообразил, что в Мед дай сейчас полно чужеземцев, сам аттали благоволит к нему, и наконец-то сбросил "отвратительные" саккаремские одеяния в виде шаровар и халата, представ в своем истинном облике: багрово-черный клетчатый плед, обернутый вокруг бедер, белая рубаха с золотистой вышивкой (надобно сказать, недавно постиранная Фейран) и длинный меч за спиной. Картину отлично дополняли заплетенные косички вкупе с улыбкой до ушей и громким гортанным голосом.

    "Между прочим, - несколько отрешенно подумал шад, наблюдая за неожиданными визитерами, - от такого телохранителя я бы не отказался. Почему у басилевса Аррантиады личная стража набрана из сегванских варваров, ничуть не менее колоритных, а я могу позволить себе только разряженных в шелка сыночков мелкопоместных эмайров? Когда двор вновь вернется в Мельсину, обязательно наберу особый отряд вельхской стражи... Необычно и как-то диковато-красиво... А девочка, если судить по глазам, хорошенькая... И похоже, умная".

    Кэрис и Фейран заявились к Даманхуру с шу. мом и треском: вначале телохранители Солнцеликого категорически отказывались впускать варвара и женщину (женщину!) на порог маленького дворца, отведенного эт-Убаийядом Даманхуру, потом Кэрис незамедлительно устроил скандал, слышимый за два квартала. На шум сбежались патрули халиттов. Наконец вельх добился того, чтобы один из саккаремских стражей доложил о гостях Энареку, но в этот момент Кэриса узнал один из воинов Даманхура, охранявший шада минувшей ночью, во время посиделок в пристройке Золотого храма. Пьяный, но отлично соображающий, что к чему, Даманхур распорядился впустить "дорогих друзей", надеясь, что сейчас ему составят общество вместо скучного Энарека или зануды сотника люди повеселее.

    Шада слегка огорошили. Кэрис, прорвавшись в сад и едва не насильно волоча за собой Фейран, отлично Помнившую еще по Шехдаду сложный саккаремский этикет, едва завидев царственного владыку, выкрикнул:

    - Прикажи усилить стражу! Будь здоров, кстати. Три телохранителя должны постоянно находиться при тебе. У каждого входа обязаны встать дополнительно по пять гвардейцев. Сейчас такое расскажу!..

    - Н-не понял, - помотал головой Даманхур и оглянулся, увидев презрительно-вопросительные взгляды двух сотников гвардии, находившихся рядом. С ними он решал вопрос об отъезде из Мед дай наутро следующего дня. - Да в чем дело, объясни!

    - Она объяснит, - рявкнул вельх, подталкивая Фейран к сиденью, на котором распластался шад. - Рассказывай.

    Фейран собралась с мыслями. Кэрис объяснил ей что шаду непременно нужно узнать все подробности недавнего мимолетного сна, который, без всяких сомнений, мог оказаться пророческим.

    Помня, как отец в старые добрые времена приветствовал изредка приезжавшего в Шехдад наместника Полуночного Саккарема, девушка преклонила колени и по взглядам придворных поняла что совершила ошибку, - так выражали свое почтение к шаду только мужчины, по той простой причине, что женщины могли лишь наблюдать за подобными церемониями из-за неплотных штор и не допускались в общие залы.