Окна комнаты Отдела Кадров смотрят прямо на двери проходной. Наверное, чтобы люди понимали, что их приход-уход всегда под контролем. А ещё перед будкой народ имеет обыкновение постоять в тенёчке, покурить и поболтать на свежем воздухе. Вот я пока сидел, частенько в окошко поглядывал, знакомцев примечал. Кстати, увидел кое-кого, но тот, кого высматривал, не проходил.

Дома вновь переоделся в рабочее. Высоцкого вспомнил, как он там, в песне наезжал на своего знакомого? Выяснял: "Где твой чёрный пистолет?" Взял с собой браунинг, который с чердака. Калибр маленький, стреляет недалеко, останавливающая сила слабенькая, но, как сказал один умный человек: "При нужде, лучше иметь дамский пистолет в кармане, чем боевой кольт дома, в ящике письменного стола." Так что, мой пистолетик, да с запасной обоймой, легко поместился в жестяную коробочку и ждёт в кармане маленького рюкзака, вдруг он сможет пригодиться. Совсем из параноидальных соображений, кидаю в рюкзак и свой рабочий инструмент. На всякий случай, может, кому антенну наладить придётся. Адрес знаю, пора сходить в гости к знакомому из прошлой жизни.

С полчаса просидел в скверике, отслеживая остановку. Как приехал мой бывший завлаб, проследовал за ним.

Вадим Валерьянович собственной персоной. Мой старый начальник. Именно он нашёл меня ещё студентом МГУ, и именно он столько лет держал в чёрном теле. Обаятельный, пробивной, пусть немного тугодум, но вцепляется в понравившееся, не оттянешь. После того, как начальник исчез, я долго прикидывал - основа была его, но довести проект, он организовал нас. Может, начальную идею завлаб тоже у кого-то спёр? Впрочем, это не важно. Сейчас важно то, что он курит трубку. Хорошо так, вальяжно. А курительную трубку ему подарили в 84-ом, на пятидесятилетний юбилей, до того человек курил обычные сигареты. Сейчас 1972-ой год, но у него трубка. Пусть не та шикарная, подарочная, а попроще, но трубка. Интересно, да? Впрочем, прежде чем выйти на работу, я по-любому собирался зайти к нему в гости.

Звонок в дверь предварил беседу.

- Кто там?

- По вопросу Ельцина Бориса Николаевича.

Если мне сейчас скажут, что такой здесь не живёт, извинюсь, повернусь и уйду. Но дверь открылась и на меня смотрит ошарашенный Вадим Валерьянович.

- Сергей?! Ты?! Заходи! - и уже за закрытой дверью, осторожный начальник продолжил. - Молодец, что перешёл! Мы с тобой тут такие дела наделаем! Ты из какого года?

- 1997-ого.

- Что так долго?

- Стенд восстанавливал.

- А! Меня не нашли?

- При мне нет.

- Отлично! Значит, маяк сохранился. Я по второму направлению, по переносу материальных объектов, закладку организовал. Там маяк оставил, а здесь некому было приёмник сделать. Ну, раз ты появился, мы быстро его смастрячим.

- А как же вы, который остался в 1991-ом году?

- Как? Легко и просто - покойником он там лежит.

- Но почему?

- Ты думаешь, твой оригинал остался в точке отправления?

- Думаю, остался.

- Зря. Он умер. Когда сознание уходит, человек умирает. Про душу слышал? Так вот - она и есть сознание. Значительно сложнее, конечно, но для понимания хватает.

- Но вы же говорили...

- Говорил. А что мне было делать? Думаешь, легко финансирование выбивать? Кто бы деньги дал под штампование покойников или обоснование существования души? Вот и приходилось крутиться, обещать перенос сознания туда-сюда. Ещё хорошо, что никто толком не верил. Если бы меня не припекло в 91-ом, я бы лучше систему отработал, но пришлось всё бросать. Потом поговорим, на работе. С МГУ не заморачивайся, я тебя к себе лаборантом пристрою.

- А как быть с образованием?

- В Гарварде учиться будешь, потом моим помощником станешь.