|
— Она попыталась высвободиться из его объятия и не удивилась, что он хмуро посмотрел на нее в тусклом свете фонарей. — Ее угрозу нельзя победить мечом или кулаком. О ней даже нельзя говорить, потому что это только еще больше навредит моей семье. Нам придется признать, что эта угроза имеет отношение к нашим способностям. Клодетта намерена распространить слухи о том, что мы — ведьмы, демоны, пособники дьявола. Я сказала ей, что о моей семье в свете шепчутся на протяжении веков, и сначала посмеялась над ее угрозой.
— И правильно. Если кто-то и прислушается к ней, то светское общество не примет ее сказки всерьез.
— Я так и сказала, но тут ее угроза стала по-настоящему страшной. Она собирается распространять свои басни не в высшем обществе, а среди простого народа. Как она сказала, он не такой образованный, чтобы посмеяться над этим. Народ все еще верит в демонов, дьяволов и ведьм, все еще боится их. Она сказала, что восстановит чернь против моей семьи, а мы оба знаем, как просто это сделать.
— Ведьм сжигали много веков назад, — заметил Хартли, когда карета остановилась у входа в городской дом Яго.
— Так многие думают, потому что им и их близким не приходилось сталкиваться с суеверными людьми.
Хартли помог ей выйти из кареты и проводил к двери, напряженно раздумывая, как убедить ее не бояться. Этелред отворил дверь, стоило им ступить на верхнюю ступеньку крыльца. Хартли заметил, что Алтея немного успокоилась. Очевидно, она приняла решение, и оно ему не понравится, подумал он.
— Этелред, пусть в мою комнату принесут сундуки, — сказала Алтея. Дворецкий вышел, и она обернулась к Хартли: — Утром я уезжаю в Коултарст. — Она поцеловала его в щеку и стала подниматься по лестнице, борясь с желанием вернуться и броситься в его объятия.
— Ах нет, — воскликнул Хартли, догоняя ее.
— Я должна это сделать. Кейт, — позвала она служанку. — Ты мне нужна. Помоги собрать вещи, я уезжаю в Коултарст.
— Кейт, она не будет собирать вещи, — закричал Хартли. Схватив Алтею за руку, он потащил ее в комнату. — И скажи Этелреду, что ей не нужны сундуки, — прибавил он.
— Хартли! Не командуйте моими слугами. Я должна уехать. Кейт! — Алтея успела заметить, что Кейт поспешила вниз по лестнице, в холл. Очевидно, она решила приложить руку к сводничеству. «Она за это заплатит», — пообещала себе Алтея. — Черт побери, Хартли, я не могу рисковать своей семьей. Я вам уже говорила: как раз сейчас в городе полно Вонов и Уэрлоков.
— Так предупредите их. Думаю, они знают, как отнестись к подобной угрозе.
— Да, но они не должны волноваться из-за того, что я связалась с сумасшедшей интриганкой.
Алтея пошла к гардеробу, но Хартли преградил ей путь. Так же он поступил и тогда, когда она направилась к туалетному столику. Как человек таких размеров может двигаться так быстро? — сердито подумала Алтея. Она остановилась, подбоченилась и сердито взглянула на него:
— Вы же не ожидаете от меня, что я переменю свое решение? Мне нужно уехать.
— Нет.
— Почему? Почему вам это так не нравится? Я ведь не солдат и не шпион. Вы и так уже направили кучу людей на мою охрану, эти люди принесли бы больше пользы, помогая в других делах. Если у меня будет видение, я обязательно дам вам знать об этом. Зачем же мне оставаться здесь?
Она пискнула, когда он схватил ее, поднял и понес к постели. От удивления у нее перехватило дыхание.
Когда он лег на нее, Алтея испугалась, что сейчас задохнется. Пьянящее тепло растеклось по телу, когда его твердое, сильное тело прижалось к ней. Алтея изо всех сил боролась с желанием, туманящим мозг. Она хотела того, что он предлагал, ужасно хотела, но сейчас у нее не было на это времени.
— И что это вы делаете? — задыхаясь, спросила она. |