|
Капитан Огилви вопросительно поднял бровь в ответ на выразительный взгляд Рэтборна, а затем сказал, обращаясь к Дейрдре, что рад знакомству с ней.
– Я правильно поняла, лорд Аксбридж поселится в этом отеле? – спросила Дейрдре после неловкой паузы. – Я предположила, что, раз он второй по значимости после Веллингтона, ему следовало бы расположиться в более роскошных апартаментах, а лучше всего – на частной квартире.
– Вы предположили правильно, – ответил Огилви. – Наш командир прибыл в Брюссель вчера и весьма удобно устроился на частной квартире, но, когда услышал, что этот дом принадлежит бельгийским маркизу и маркизе, которые были вынуждены переселиться на верхний этаж, чтобы он мог расположиться с большим комфортом, предпочел поискать комнаты в одном из отелей.
– И случайно выбрал отель «Англетер»? – спросила Дейрдре, метнув быстрый взгляд на графа.
– Совершенно случайно! – поспешно ответил Рэтборн.
– Но, Рэтборн, разве ты не посоветовал... – начал было капитан, но Рэтборн вежливо, но твердо перебил его:
– Капитан Огилви, не окажете ли любезность сообщить остальным, что я сейчас буду? Должно быть, они недоумевают, отчего я задержался.
– Вы ставите меня на место, подобающее моему положению, майор? – спросил Огилви удивленно.
Рэтборн улыбнулся:
– А вы как думаете, капитан?
– Думаю, что когда в следующий раз я встречу мисс Фентон, то постараюсь сделать так, чтобы офицеров старше меня по званию не оказалось рядом и чтобы они не отдавали мне приказов. Мэм...
Огилви коротко кивнул Дейрдре, разочарованно улыбнулся и оставил их наедине.
– Сядьте, Дейрдре. Рэтборн заметил непокорность в ее взгляде и повторил еще более твердо:
– Я сказал, сядьте. Она послушно села и проговорила довольно небрежно:
– Значит, это не ошибка. Я видела вас в городе, а также в вестибюле отеля и других местах.
– А я-то воображал, что вел себя как эталон скромности, – насмешливо заметил граф. – Я в Брюсселе временно. Не стоит заводить беседу здесь. Мы поговорим наедине, без свидетелей. Полагаю, и вы хотите того же.
Дейрдре слегка покраснела и, покорно взяв графа под руку, вышла на улицу.
– Я не стану извиняться за то, что занимался с вами любовью. Вы желали меня, и я сделал вам приятное, – продолжил Рэтборн.
– Вы сделали мне приятное? – изумленно переспросила Дейрдре.
– Конечно. Ваше сопротивление было лишь данью условностям, и мы оба знаем это. Я сожалею лишь о том, что для этой цели вы выбрали меня. Вы использовали меня, как мужчина использует уличную женщину. Вы получили удовольствие, а потом бросили меня.
– Понимаю, – проговорила Дейрдре ледяным тоном. – Значит, это мне следует просить у вас прощения?
– Я готов принять ваши извинения.
– Вы готовы принять мои...
– Однако, – продолжал Рэтборн, не обращая внимания на слова Дейрдре, – вы оказали мне услугу, хотя, может быть, и не понимали этого. Вы излечили меня от увлечения, ставшего отравой моей жизни с самого первого раза, как я увидел вас. Вы удивлены, но это правда. Я вообразил, что влюблен в вас, и думал так довольно долго. Это стало для меня почти привычкой. Но, к счастью, я с ней справился. Вы не для меня. Мужчине требуется от жены нечто большее, чем страсть.
Рэтборн говорил вежливым тоном, но слова его жгли Дейрдре огнем.
– Ее очень легко купить за пару побрякушек. А чего нельзя купить, так это уважения женщины, доверия, верности и ее сердца. |