Леди Эвелин тяжело вздохнула, потом, нахмурившись, спросила:

— Кто же задумал убить меня и девочек?

— Либо Артур, либо Беатрис, — ответил Джулиан. — Хотя, возможно, они действуют согласованно, но в любом случае ведут себя безрассудно — совершают поступки, которых прежде остерегались. Раньше каждое нападение на меня тщательно обдумывалось, чтобы никто их не заподозрил. А теперь… теперь они просто атакуют. Похоже, что один из них или оба сразу утратили над собой контроль и действуют под влиянием ярости. Это похоже на Беатрис, но и Артур способен на такое в отчаянной ситуации. Должно быть, он понял, что его планы рухнули, и теперь просто мстит.

— Да, возможно, — кивнула леди Эвелин. — Хотя знаешь… Артур мне никогда не нравился, но я не думаю, что он так уж опасен. Надеюсь, сэр Леопольд застанет Милдред с девочками живыми и невредимыми.

— Я тоже надеюсь, мама. Тетя Милдред чиста, как и все мы. Она с дочерьми не должна пострадать от амбиций моего дяди.

— Когда доберемся до Колинзмура, будет очень поздно, — заметила леди Эвелин, прикрывая ладошкой зевок.

— Отдохни, мама. Тебе понадобятся силы, чтобы устроить девочек по прибытии на место.

— Ты был там после ухода от Беатрис?

— Нет. По правде сказать, я покинул Колинзмур еще раньше. Беатрис предпочитала Лондон. После женитьбы мы редко бывали в Колинзмуре. По свидетельствам людей, которых отправил туда Лео, дом в хорошем состоянии, но все равно обустройства не избежать. Дядя, похоже, не собирался тратить на особняк деньги, потому что жаждал лишь титула.

Леди Эвелин со вздохом прикрыла глаза.

— Думаю, леди Марстон права. Пристрелить бы их обоих.

Джулиан тихо рассмеялся и уставился в окно. Он чувствовал, что на время обезопасил своих близких, однако понимал, что решающей схватки с врагами не избежать.

Когда сильные и вместе с тем нежные руки коснулись ее груди, Хлоя со вздохом пробормотала:

— Это ты, Джулиан?

Он рассмеялся и поцеловал ее в губы.

— Ты ведь все знала, правда? Ты ведь знала, что все закончится благополучно? — Он стащил с нее ночную сорочку и отбросил в сторону.

— Ну… в общем-то знала. Но все равно ужасно волновалась. Я долго не ложилась, Лео отправил меня спать, когда застал в кресле в зале. Скажи, а твоя матушка долго сопротивлялась?

— Нет, не долго. Ведь опасность грозила не только ей, верно? Боюсь, сестры не слишком обрадовались, но они привыкли слушать мать, поэтому не стали с ней спорить.

Она погладила его по плечам.

— Твоя матушка не вполне поверила, правда?

— Да, конечно, не вполне. Но она решила, что не стоит рисковать.

— Вот и хорошо, — улыбнулась Хлоя.

— Конечно, хорошо, — пробормотал он, целуя ее груди.

— Ты уверен, что после скачки в Лондон и обратно у тебя есть силы для этой игры? — с усмешкой осведомилась Хлоя.

Джулиан прижался к ней бедрами и пробормотал:

— Неужели не чувствуешь?

— Прекрасно чувствую.

Она поцеловала его в губы и спросила:

— Но сейчас, когда в доме полно людей, можем ли мы побаловаться этим?

— Мы будем соблюдать осторожность, но отказываться от удовольствия не станем.

Хлоя хотела возразить, но он тут же заглушил ее протесты поцелуями, и она с восторгом отдалась его ласкам. Все последние часы, пока Лео не отправил ее в постель, она дрожала от страха за Джулиана. Правда, видения ее больше не посещали, она знала, что граф едет домой и скоро будет с ней, однако ей все равно не удавалось успокоиться, и только сейчас Хлоя наконец-то вздохнула с облегчением.