— Поцелуй, говорите? — подхватила Лили шутку Терри. — А почему бы не уик-энд, проданный с благотворительного аукциона?

— Ага, Лили Блейк, растаяли! — рассмеялся Терри. — А что? Это принесло бы немалые денежки на пользу святого дела. Ручаюсь, немало дам приняло бы в этом аукционе самое горячее участие.

— Представьте себе, какая-нибудь красотка хвастается подружке: «У меня с кардиналом роман»? — улыбнулась Лили.

— Ах, неужели? И страстный? — спросил Терри голосом воображаемой подружки, наповал сраженной этим известием.

— Конечно, страстный! А какой же еще? И при чем тут аукцион? Наша связь длится уже много лет — подыграла ему Лили, а потом добавила: — Очень мило. Только это не об отце Фрэне. Если кто-нибудь и остается в выигрыше от всех этих обедов, так это церковь. Вот так, — подытожила она, останавливаясь возле своего дома.

— А вы интересная, — сказал Терри. — Может, встретимся как-нибудь в промежутках между вашими свиданиями с кардиналом?

— Ну, не знаю, не знаю. Я уделяю ему слишком много времени. — Лили задумалась. — Возможно, у меня выдастся свободный денек на будущей неделе. Надо проверить. — Направляясь к подъезду, она бросила: — Мой телефон у вас есть.

Лили скользнула в лифт, чувствуя себя бодрой и жизнерадостной. Она не знала, нравится ли ей Терри Салливан и объединяет ли их хоть что-то, кроме восхищения кардиналом Россетти. Зато Лили хорошо понимала, что, во-первых, физическое влечение появляется не сразу; во-вторых, Питер Оливер ей неинтересен, а Тони Кону неинтересна она; и, в-третьих, увы, с годами она не молодеет.

До сих пор Лили никогда не встречалась с репортерами. Что ж, по крайней мере, можно пообедать вместе раза два, так сказать, для приобретения нового опыта…

Лили не подозревала, какой горький опыт ей вскоре предстоит приобрести — и при этом расплатиться за него.

Глава 3

Лили работала по вечерам и редко вела утренние занятия, поэтому обычно она не торопилась просыпаться. Но в то утро телефон поднял ее с постели в восемь часов. В первое мгновение она с ужасом подумала, не стряслось ли что-нибудь дома.

— Алло, — испуганно сказала она.

— Лили Блейк, пожалуйста, — отозвался совершенно незнакомый и чрезвычайно деловой мужской голос.

«Кто это? Доктор Поппи? Или мамин доктор?» — пронеслось у нее в голове.

— Слушаю вас.

— Это Джордж Фокс, «Кейп сентинел». Хочу попросить вас подробнее рассказать о ваших отношениях с кардиналом Россетти.

— Что-что, простите?

— О ваших отношениях с кардиналом Россетти. Не могли бы вы рассказать мне об этом?

Лили ничего не понимала. Правда, газеты постоянно интересовались кардиналом и публиковали о нем всю добытую ими информацию. Но при чем тут она, одна из многочисленных знакомых отца Фрэна? К тому же Лили совсем не умела общаться с прессой.

— Советую вам позвонить к нему в приемную. Там расскажут все, что вас интересует.

— Вы состоите в близких отношениях с кардиналом, не так ли?

— В каких отношениях? — Когда корреспондент повторил вопрос, Лили закричала: — Господи, нет! — Очевидно, это просто дурацкая шутка, однако совсем не случайная, поскольку она действительно знала кардинала. Всерьез заинтригованная, Лили осторожно осведомилась: — А откуда у вас мой телефон? Ведь его нет в справочнике.

Из всей журналистской братии она была знакома только с Терри Салливаном и… А он действительно знал ее номер.