Изменить размер шрифта - +
Сара не подозревала о том, что эти деньги получила Кортни и не успела отдать их отцу. Слишком озабоченный, Эдвард и не спросил про деньги, а Кортни в суматохе сборов просто забыла о них. Она сунула их на дно своего дорожного сундука, где они и лежали, уцелев даже после налета индейцев.

Она умолчала об этих долларах, когда Сара вопила, что у них нет ни цента и Эдварду не следовало держать все деньги при себе. Сейчас Кортни радовалась, что не выдала этой маленькой тайны.

Она предполагала отдать деньги в случае крайней нужды, но такого случая не было: Сара быстро нашла для них обеих работу в гостинице, а через три месяца вышла замуж за Гарри Аккермана, владельца этого заведения. Гарри был не столь хорошей добычей, как Эдвард, зато подавал надежды.

От этого брака Кортни не стало слаще. Она перестала получать деньги за работу, а Сара, быстро войдя в роль хозяйки, только отдавала приказы и бездельничала.

Девушка прекрасно понимала, почему мачеха так мечтала избавиться от нее: люди начали называть ее «старая Сара», думая, что Кортни — ее дочь. Сколько бы Сара ни говорила, что Кортни девятнадцать, а в конце года исполнится двадцать, их все равно воспринимали как мать с дочерью. Саре было всего тридцать четыре, и эти разговоры бесили ее.

Сара перестала настаивать на замужестве Кортни, уговорив Гарри переехать в быстро растущий Уичито, где строилась новая гостиница. В этом городе можно делать деньги — так говорил Рид, который и сам готовился к переезду, полагая открыть в семьдесят третьем году до начала сезона перегона скота новый салун и игровой зал в Уичито.

Сару не интересовало, поедет ли Кортни в Уичито, поскольку там девушка жила бы уже отдельно.

Кортни с содроганием думала о переезде. Уичито будет намного хуже, чем Рокли, ибо привлекает еще больше всякого сброда. Она не хотела ни отправляться туда с Сарой, ни выходить замуж за Рида. Правда, ничего другого не оставалось, но сегодня у нее зародился новый план.

Кортни всегда мечтала вернуться на Восток. Теперь она больше не желала оставаться в Рокли, а жить в Уичито под сомнительной защитой Гарри просто боялась.

Ворочаясь с боку на бок, Кортни никак не могла заснуть. Наконец она зажгла свечу и пошла за газетой, спрятанной в комоде. Она целый день предвкушала, с каким удовольствием почитает ее, но, увы, это оказалась не восточная газета, а техасский еженедельник «Форт-Уэрг», к тому же восьмимесячной давности.

Она разложила газетный лист на постели и прочитала несколько статей, пропустив одну — про перестрелку. Эта тема слишком живо напомнила ей о мистере Чандосе и убитом Джиме Уорде.

Отогнав мысли об Уорде, она невольно подумала о Чандосе. Кортни призналась себе, что он заинтересовал ее сразу, как только она увидела его. Чандос был не первым, кто ей понравился, но такого сильного впечатления на Кортни не производил ни один мужчина. Когда Рид Тэйлор приехал в их городок, Кортни сразу обратила на него внимание, но, узнав его ближе, быстро охладела к нему.

С Чандосом было иначе: понимая, кто он такой, она все равно находила его неотразимо привлекательным.

Поджарый и крепкий, с суровым, волевым лицом, сильным торсом и длинными мускулистыми ногами, он невольно обращал на себя внимание. Наверху его левой щеки виднелся маленький шрам. Но поистине неотразимы были его чувственный рот и светлые глаза, обрамленные густыми черными ресницами.

Рядом с ним Кортни чувствовала себя маленькой и хрупкой, оттого и вела себя так глупо.

Кортни вздохнула, снова сосредоточившись на газете. Пристальнее вглядевшись в одну из фотографий, она не поверила своим глазам. Неужели? Да нет, это невозможно! Нет… да!

Кортни быстро прочитала статью под фотографией. В ней говорилось об аресте некоего Генри Макгинниса, известного техасского угонщика скота в графстве Макленнан. Его поймал с поличным хозяин ранчо Флетчер Стратон, люди которого привезли Макгинниса в ближайший городок Уэйко.

Быстрый переход