Посреди комнаты возникли два существа. Похожие на людей, в странной одежде и со странными манерами. Первый, брюнет с маленькими глазками и огромным носом, щеголял в невиданных коротких штанишках и рубашке с пятью вышитыми рунами. Второй, блондин с огромным ртом, из которого доносилось беспрестанное хихиканье, был одет почти так же, только цвета носил другие. Тамиесина лихорадочно принялась вспоминать все, что читала о цветовой символике существ Хаоса.

— В общем, я нашел вам хозяйку, — обратился Первый Убийца к духам. Те вылупились на начальство и преданно закивали. — Вашу госпожу зовут принцесса Тамиесина, слушайтесь ее во всем и исполняйте приказы в меру своего разумения.

При последних словах он усмехнулся еще раз. После чего, утратив интерес к происходящему и обращая на принцессу не больше внимания, чем на пролетающую за окном муху, бог встал с кресла. И вышел из комнаты.

С исчезновением повелителя духи оживились, начали переговариваться между собой.

— Прикинь, пельмень, нас из клетки выпустили.

— Точно!

— Там даже телека не было, а здесь внизу куча телок в женской бане моется.

— Круто!

— А еще у нас теперь есть госпожа.

— Круто! Госпожа это такая телка с кучей хлыстов которая сначала немного побьет а потом даст. Я первый!

От полученной затрещины блондин врезался в стенку, с потолка посыпались кусочки мозаики.

— Иди в жопу, баклан, я первый.

Королева Тамиесина проживет долгую жизнь. Она увидит вторжение полчищ Всадников Ночи и гибель всей семьи, разорение королевства мирсийскими пиратами и снисхождение Небесного Воинства в мир. Она восстановит разрушенную страну, заслужив прозвище Великой, ее душу покровитель рода лично заберет в свое царство до следующего перерождения.

Она никогда ничего не боялась.

Кроме одного.

Великая королева цепенела при мысли, что однажды она услышит короткий смешок, после чего глуховатый мальчишечий голос произнесет:

— Иди к Баттхеду!

Исправление имиджа

— Да ты сдурел. Это, по-твоему, олени?

Впряженные в сани зверушки симпатий не внушали. На месте детишек Ольга постаралась бы подальше убежать от покрытых черной чешуей, клыкастых и рогатых тварей с пылающими тусклым огнем глазами, а не тянуть руки в попытке погладить. Негодование богини немедленно отразилось на ее спутнике:

— Ты кого приволок, придурок?

— Кого-кого…, кого надо! Эти, по крайней мере, летают!

С последним было трудно не согласиться. Мрачно поглядывавшие по сторонам животные стояли в воздухе на высоте метров четырех, не испытывая никакого дискомфорта.

— Думаешь, легко за пять часов сварганить что-то приличное, чтобы вся округа от страха не тряслась! Типа "п…дуй отсюда, братва, в городе Хаос!"……..!!!

Настоящее имя Сквернавца произносилось настолько редко, что он его начал сам потихоньку забывать. Попытки отучить нецензурно выражаться провалились с громким треском, многажды битый сородичами бог за речью не следил принципиально. За что и страдал.

За свободу слова, то есть.

— Слушай, мы зачем все затеяли? — потихоньку начала заводиться Бешеная. — Чтобы всем доказать, что бояться нас не надо, хаоситы люди мирные, никого не трогают, детишкам подарки раздают. Праздник устроили, типа. Думаешь, при виде твоих демонов простой народ обрадуется?!

— Мы все затеяли? Ну… себе! Да мне по…й, что обо мне думают, поняла? Твоя, дура, идея была!

К тому времени, как Сквернавец регенерировал оторванную ударом булавы голову, Ольга слегка подуспокоилась.