|
Потом, убив жену и дочь барона, он перебрался в столицу, смог достать поддельные документы, обосновался на окраине и по мере нужды выбирался в богатые кварталы. Грабил купцов и аристократов, ибо с бедных взять особо нечего. При этом не высовывался, не сорил деньгами и вел себя достаточно скромно. Все это позволило ему долгое время оставаться на свободе, и подвела Григора любовь. Он сошелся с женщиной, вдовой состоятельного лавочника, размяк и рассказал подруге историю своей жизни. А она его предала и Кувалду повязали. Почему этого убийцу не казнили, не понятно. Видимо, он пошел на сотрудничество с городской стражей. Вариантов немного. Или сдал скупщиков краденого. Или поделился иной ценной информацией.
А вот другой попутчик. Молодой симпатичный брюнет с отстраненным взглядом поэта и мечтателя, который даже в одежде каторжника, грязный и вонючий, мог привлечь внимание прекрасной половины человечества. Жанно Сит-Мао. Из мещан. Сын писаря. Очень рано открыл в себе талант целителя. Некоторое время обучался в столичном университете, но потом его забросил и решил поправить свои финансовые дела. Парень талантливый, многое умел, и смог создать подпольную клинику, в которой делал аборты проституткам и лечил преступников, а заодно варил яды. Три года он оказывал нелегальные медицинские услуги криминальным элементам и снабжал всех желающих отравой. До тех пор пока его не сцапали.
Такие вот люди будут служить в штрафном батальоне. В большинстве мерзацы, сволочи, деграданты, насильники, маньяки, воры и ублюдки. Однако Альфи это не расстраивало. Он привык к этим рожам и был готов к любому развитию событий. Главное – восстановить силы, никому не верить, не упустить свой шанс и вырваться на свободу. Это его первоочередные цели и, стараясь поменьше болтать, он слушал попутчиков и впитывал в себя информацию.
– А мне вот интересно, – начиная очередную беседу, сказал взломщик Тимотео Райк по прозвищу Шило, – почему нас вытащили с каторги.
– Что тут может быть не ясно, – отозвался разбойник Мирдан Сакао, больше известный как Кровавый Эмир. – Тебе сказали, что придется воевать с захватчиками на Лесокрае.
– Это понятно, – Шило усмехнулся. – Ты мне лучше скажи, если такой умный, зачем тащить нас за тысячу миль? Неужели у королевства кончились солдаты, что нас готовы кинуть в бой?
Тимотео ответил криминальный пахан Хромой, он же Деррик Сагио:
– Ассир силен своими законами и традициями. Пока они незыблемы, государство крепкое. Как только появляется слабина – конец. Нам повезло. По закону каждый каторжник имеет право искупить вину перед обществом, убивая врагов государства. А солдаты у королевства есть, не сомневайся. Но иногда проще использовать таких как мы, кого общество и правители считают конченными людишками. Еще вопросы будут?
Шило побаивался авторитетного вора. Однако продолжил беседу:
– Да-да, папа Хромой, ты прав. Спору нет. Но где Серые пустыни, а где Лесокрай? Путь туда долгий. А нас всю дорогу придется кормить и охранять. Это какие же растраты – проще забыть, что мы существуем.
– Здравое зерно в твоих суждениях имеется, Шило. – Хромой хмыкнул и удобнее устраиваясь, поддернул общую кандальную цепь, которая удерживала каторжников на месте. – Только учти один момент – с этого кто-то имеет выгоду. Сам подумай. Ты правильно заметил, что нас везут и охраняют. На это из казны выделяются какие-то деньги, небольшие, но все-таки они есть. И кто-то часть этих средств может себе присвоить. А наша группа не одна и чиновник, который это контролирует, в итоге получит неплохую прибавку к жалованью. Верно, Черныш?
Раньше Черныш, неказистый хлипкий мужичок, был чиновником и личным секретарем бургомистра в городе Рисвилль. Попался на крупной взятке. Пожадничал, не поделился с шефом, и погорел. |