— Эта тварь должна быть где-то здесь, — пробормотал Михаил, поводя дулом пистолета из стороны в сторону. — Увидите движение, сразу стреляйте!

Спорить никто не собирался. Я сжимал лом до белизны костяшек, внимательно вглядываясь в темноту. На передний край не лез, чтобы не подставиться под пули. Но держался сразу за полицейскими. И дело не только в поддержке, тут я хоть что-то смогу сделать. Кто знает, может, держаться в хвосте тоже не лучшая идея.

— Дверь, — сухо сказал Михаил, осветив фонариком провал. Похоже, убийца открыл проход, вот только воспользовался не встроенным механизмом, а собственными силами. На вдавленных в стороны дверях отчетливо виднелись следы острых когтей.

— Идем туда? — спросил низким басом Леха.

— Нет. Держите ее на прицеле. Осмотримся, — ответил начальник станции. — Лезть в темноту туннеля опасно. Слишком много мест, где можно спрятаться.

— На человека это не слишком похоже, — проговорил я, взглянув на останки. От вони меня мутило, но я держался лучше многих. Пара человек из числа качков уже давно выбежали из вагона. Где-то позади слышались звуки рвоты.

— Что это за чертовщина? — громко спросил Василий, зажимавший пальцами нос. — Какого хрена происходит?

— Хотел бы я знать, — в тон ему ответил Михаил. — Но, похоже, Слава прав. Это не человек. По крайней мере, насколько я могу судить. Раны нехарактерные.

— Блядь… головы, — пробормотал Леха, прикрыв рот рукой. Он заглянул под одну из скамеек и сейчас продолжал светить туда фонарем. — Михаил Иваныч, тут головы всех убитых. Пять штук. Бориной среди них нет, девчонки тоже.

— Кристина. Ее зовут Кристина, — напомнил я, тоже на них взглянув. В помутневших глазах стоял ужас. Рты были открыты в беззвучном крике, а на шеях виднелись окровавленные отпечатки треугольных когтей. Пересилив страх и отвращение, я прикинул расположение пальцев. — Ладонь вроде похожа на человеческую, чуть больше моей по размеру. Только когти здоровые и острые.

— Перед смертью их хватали за горло, не позволяя издать ни звука, — оценил раны Михаил. — А после отрывали головы. Но одной рукой такой трюк провернуть невозможно.

— Именно, — кривясь, подтвердил Василий. — Для этого надо быть не человеком, а терминатором. Пора возвращаться, пока эта тварь не вернулась. Забаррикадируем двери и окна в первом вагоне, и она до нас не доберется.

— Нет, без тела Бори мы никуда не пойдем, — наотрез отказался Михаил. — Он еще может быть жив. Кроме того — между ветками есть технологические туннели. Даже если мы один перекроем, если не убьем тварь, не сможем всех защитить.

— Это если она одна, — заметил я. — Но я тоже за продолжение поисков. Кристина может быть еще жива.

— Тоже верно, — согласился начальник станции. — Слушай мою команду. Леха и Петя. На вас охрана туннеля. Проследите, чтобы нам в тыл никто не зашел. Слава и Василий идут со мной. Это приказ, и обсуждению он не подлежит. Кто еще смелый, тоже можете присоединиться.

— Мы так не договаривались, — сказал жестко Василий. — То, что вы победили в этом карнавале, не дает вам права нами командовать.