— Ну-ка, поберегись! — воскликнул Миша, положив на стойку мятую купюру и схватив винтовку.

Пять выстрелов он уложил точно в цели, а вот шестой лишь задел фигурку ящеровидного монстра.

— Повторим, — положил он ещё пять рублей, и на третьем промазал.

Затем Рома с Настей попробовали себя в качестве снайперов. Настя промазала на шестом. Рома на седьмом.

Зина выбила восемь мишеней и забрала фигурку. Второй раз пятый выстрел ушёл у неё в молоко.

— Да чтоб вас! — зарычала Зина. — А ну-ка давай повторим.

Пока она выбивала мишени, и я решил пострелять. Взял увесистую воздушку, принял упор в плечо, затем прицелился.

Я ещё со школы участвовал в разных соревнованиях. Ориентирование на местности, бег и стрельба из вот таких винтовок, и был самым метким в отряде. Вот и сейчас решил проверить себя.

Пока Зина радовалась выигранному плюшевому медведю, я выбил уже десять мишеней, затем прицелился в мелкую мельницу и попал. Она закрутилась. Ну а усач напрягся и перестал улыбаться.

Двенадцатая пуля врезалась точно в центр пивной кружки, но та не опрокинулась.

«Он применил магию, — услышал я голосок Карыча. — Поэтому мишень не опрокинулась».

— Вы сжульничали, — сообщил я владельцу тира.

— Молодой человек, всё в рамках правил, — помрачнел он. — Забирайте награду и уступите место другим.

Времени препираться не было. Он не уступит, а поймать его за руку было нереально. Поэтому я решил сэкономить и время, и нервы. Наградил его анестетиком, поднимая градус весёлости и убирая наркоз.

— И что, молодые люди? — усач улыбнулся, зашарил глазами по нашей группе. — Будете ещё стрелять?

— Нет, нам нужна винтовка, мы её выиграли, — сообщил я.

— Выиграли! Ох-хо-хо! А ты забавный. Ты мне нравишься, парень, — потыкал он в мою сторону пальцем. — Держи, за твой тонкий юмор.

Он протянул нам одну из винтовок.

— И пульки, — сообщил я.

— И пу-пульки, — прыснул со смеху усач. — Ну да, конечно… Ой, не могу… Пульки, говорит, ему надо дать. Держи тебе пульки. Надо запомнить! Пульки!

Надя забрала винтовку и пули, и мы направились к вагончику, который торговал мороженым.

— Что это с ним? С тем усатым, — удивилась Настя, взяв меня под локоть. — Это ты сделал? Наркоз?

— Он сжульничал, а я решил восстановить справедливость, — кивнул я.

— Забавно, — хихикнула Настя. — И очень удобно. И часто ты применяешь эту способность?

— Бывает, — туманно объяснил я.

— А можно на пару дней возьму? — попросила Зина и умоляюще взглянула на меня. — Я про это ружьё. Ну, пожалуйста, Лёш.

— Возьми, — кивнул я.

— Короче, хана теперь соседским кошкам, — рассмеялся Рома.

— Не, кошек я люблю, — оскалилась Зина, когда мы встали в очередь у вагончика. — В людей буду шмалять. В тех, кто меня бесит. Особенно в рыжих.

— Попробуй только, — насупился Рома.

Потом мы купили мороженое, посидели за столиком под зонтом, спасаясь от палящего солнца. А затем всё опять началось с Ромы. Он заказал себе пиво, и мы последовали его примеру.

Через час все разъехались на такси, а мы с Настюхой остались на тротуаре, дожидаясь Пулю. Народа на удивление не было. Странное затишье.

Через несколько секунд на другой стороне улицы остановился у обочины чёрный микроавтобус.